Чубайс – строитель государства-паразита, в котором мы живем

Автор: Администратор   23.01.2019   Рейтинг: 4,0  

Анатолий Чубайс широкими мазками обрисовал всю либеральную мифологию, призванную объяснить, почему «значительная часть населения живет бедно или очень бедно». Вообще-то циник Чубайс – человек неглупый и формулировать мысли умеет. Но тут, видимо, эмоции сыграли свою роль, и он не сладил с логикой изложения.

Он пишет: «Когда мы начинали в 1991 году, средняя зарплата была около 12 долларов в месяц, деревянный рубль неконвертируемым, частнопредпринимательская деятельность была преступлением, Сбербанк со сбережениями населения банкротом, годовое падение экономики 10-12%, реальная инфляция свыше 100%, а магазины пустыми».

Возникнет вопрос: если был «деревянный рубль неконвертируемым», то как же тогда «средняя зарплата около 12 долларов»? Тут уж, извините, или то, или другое: или зарплату можно рассчитать в иностранной валюте, или рубль неконвертируемый. А Чубайс его лихо сконвертировал и тут же смазал собственное утверждение.

Если же смотреть шире, то это «оговорка по Фрейду»: зарплата непременно должна измеряться в долларах! А почему не в тугриках? Цену любому продукту называет его производитель – какую вздумается. Цену американскому доллару назначает ФРС США. А уже наше дело – соглашаться с заломленной ценой или сказать: «Дороговато просите, брать не будем».

Если мы идиоты (какими мы были в 1991 году) – то, конечно, мы принимаем цену продавца будто скрижали с Небес.

Если я стану продавать использованные после обеда салфетки по тысяче рублей штука, а вы – покупать, то это не мои проблемы, а ваши. Не я сумасшедший, назначая за грязную салфетку 1000 рублей, а вы – если её по такой цене покупаете. Я-то как раз хитрый и умный человек, блюдущий свой интерес.

Если аферист предлагает составить гороскоп за бешеные деньги и кто-то соглашается, то это не значит, что гороскоп столько стоит. Он ничего не стоит – для тех, кто его не покупает. И доллар США не стоит ничего для тех, кто обходится без него.

Проблема не в том, что США измерили среднюю зарплату советского человека в 12 долларов, а в чубайсах, которые такую оценку покорно приняли, даже не пытаясь оспаривать. Ещё раз повторю: покупатель торгуется, сбивая цену. А наш покупатель, огорошив думавшего долго торговаться спекулянта, согласился на первое же его предложение!

Согласитесь, у любого самого замызганного продавца рыбы на углу есть право назвать свою цену! Так чем же гордится Чубайс? Тем, что США, пользуясь истерией советских граждан, вздули цену доллара до небес, а он, член правительства, с этим безропотно согласился?

Хотя мог бы сказать: «Нет, по такой цене мы конвертировать рубль не будем!» Мог – но не сказал. А теперь нас упрекает в собственной бездарной оценке…

Еще ложь: в 1991 году не было падения экономики на 10-12%. Оно случилось годом позже, но Чубайс «перепутал» годы, не по забывчивости, а чтобы снять вину с себя и своей команды. Подумаешь, на годик разница-то всего! Кто вспомнит? Зато падение представляется причиной, а не результатом деятельности чубайсов…

Частнопредпринимательская деятельность в 1991 году не была преступлением, как он врёт. Она бурно развивалась в конце 80-х, когда и возникли банки и корпорации, существующие и сегодня. Другое дело – хорошо это или плохо, но отнюдь не Чубайс и не Ельцин развязали руки предпринимательской инициативе. Их развязал Горбачёв. Чубайс и Ельцин в это ничего кроме криминала и беспредела не принесли.

От злости Чубайс проговаривается о нравах страны, в которой начинал свою деятельность:

– Мы в Петербурге на заседании Исполкома обсуждали – хватит мяса городу на двое суток или все-таки на четверо. Хорошо помню уже позже, в 1992-м в Правительстве, как заседания начинались с доклада Министра хлебопродуктов (было такое министерство) о продвижении судов с импортным зерном в Россию из Канады и Австралии.

То есть до реформ правительство беспокоилось о снабжении каждого гражданина как мясом, так и хлебом в достаточных количествах. Да, к 1991 году Горбачёв явно не справлялся с этой обязанностью, но её еще не отменили.

Сегодня, как всем прекрасно известно, ни городские власти, ни «министры хлебопродуктов» не обсуждают количества мяса и хлеба в городах. И не потому что у всех мяса и хлеба вдоволь, а лишь потому что они сняли с себя эту обязанность.

Государственная власть нового типа вообще не интересуется, что и сколько кушает горожанин: этим занимается рыночная торговля, и мяса в ней отнюдь не больше, чем в 1991 году. Наоборот, меньше. И качество его куда хуже (вместе с советской властью ушла и эпоха натуральных продуктов питания). Но «исполком» не станет теперь считать, сколько в городе мяса, сколько жителей и сколько мяса приходится на каждого. Кому не хватает – тот тихо сдохнет, и таковых (померших от нехваток) – накопились уже «тихие миллионы»…

Так что же пытается высмеять Чубайс, насмехаясь над должностью министра хлебопродуктов? Сам принцип, по которому государство чего-то должно гражданину. Есть у тебя деньги – иди и купи на рынке. Нет денег – сдохни. И никаких «министерств хлебопродуктов» – только частные холдинги…

Вопрос же для определения цивилизованности общества очень важен: существует государство как система, обеспечивающая жизнь человека – или как паразит, «налоговый рэкетир», никого ничем не обеспечивающий?

Можно представить себе государство как организатора полевых работ. Это – один цивилизационный уровень. Можно представить государство как организатора работ, предоставившего комбайны, иную технику, удобрения, сортовые семена, мелиорацию и т.п. В этом случае труд каждого работника становится многократно производительнее – по сути государство доплачивает ему 9 из 10 рублей его получки.

Цивилизованное государство кормит людей, а не наоборот. Оно создаёт такие условия труда, при котором продуктивность человеческого труда в разы выше, чем была бы, если бы граждан предоставили самим себе. В этом случае государство вправе брать большие налоги, и они не являются банальным рэкетом. Они выступают «членскими взносами» в организации, членство в которой даёт человеку куда больше, чем сумма членских взносов.

А можно представить себе государство как чубайсятину, нахлебника, который ничего не дал и даже ничего не организовывал – а лишь к обеду подоспел с большой ложкой. И вот это представление о государстве – самое варварское, самое дикое. Это – низший уровень цивилизованности отношений, ставящий ребром вопрос о существовании самого государства. А зачем оно вообще нужно – если и не защищает, и не организует, и не предоставляет, и вообще ничем кроме вымогательства не занимается?

Будучи очень примитивным существом, либерал думает, что знает о жизни всё (чем уже кругозор человека, тем больше ему кажется, что он всё понимает). Но все мотивации сверх звериных инстинктов либералу непостижимы, и потому Чубайс бодро пишет: «Начав с этой точки строительство и государства, и экономики (ведь ни того, ни другого по сути уже не существовало)…»

То есть сложные и проблемные именно в силу своей сложности формы государства и экономики им не воспринимаются. Он не понимает, что компьютер глючит гораздо чаще, чем кувалда, которая вообще не глючит. Ибо нечему в ней «зависать».

Чубайс сам вряд ли осознаёт, насколько он тождественен булгаковскому Шарикову, гениально предсказанному в первой половине ХХ века:

– А то пишут, пишут… Конгресс, немцы какие-то… Мясо на душу населения… Голова пухнет… Взять всё, да и поделить…

Он ведь так и сделал, Чубайс-то! Взял всё и поделил, чтобы голова не пухла!

А кого обделил – тот сдох. Чубайс ведь не понимает, что наиболее бесперебойно работают наиболее примитивные системы, в которых просто нечему ломаться. И если человек сложен и цивилизация его сложна – то и в экономике у него «мильон проблем». То там дефицит, то тут дыра, то сбоку очередь… А ежели, как Шариков, взять всё да и поделить – то и проблем никаких. У кого есть деньги – тот себе всё купит, а у кого нет – про тех забыли и наплевали: ни очередей, ни пустых магазинов. Благодать!

У Чубайса, по его собственным словам, «экономика в стране росла, рубль был конвертируемым, инфляция резко снизилась, дефицит исчез полностью».

А как он исчез, дефицит-то? Все, кто нуждался – получили то, в чём нуждались? Или просто их вопли слушать перестали, а их права – бросили учитывать?

Что хорошего в бездарно конвертированном рубле? Куда и как росла экономика у Чубайса – если доселе уровня производства 1988 года не достигла даже по отлакированным данным казённого госстата?

У Чубайсов про это бесполезно спрашивать. Они не видят разницы между проблемами страны, народа, взятыми в целом – и проблемами собственными, личными, узкого круга своих близких. Решив собственные проблемы, они думают, что успешно решили проблемы всей страны…

Вся эта сказочная благодать, если следовать Чубайса, «получилась не само по себе, а благодаря созданной в стране рыночной экономике, возрождённой в России частной собственности, построенной практически заново системе государственной власти».

Перевожу на русский: «рыночная экономика» в понимании Чубайса есть отказ государства от всех обязательств перед населением, заветы которого доныне продолжаются (пенсионная реформа и др.). «Частная собственность» – сегрегация воров на крупных и мелких: мелких сажают, крупных выбирают в высшие органы власти.

Выстроено «новое паразитарное государство» – которое не хочет и не умеет помогать своему населению ни в чём: только собирает налоги, и то довольно плохо.

Но всё это я написал не с целью поругать Чубайса, на котором и так пробы ставить негде. А чтобы показать структуру и анатомию нынешней экономической власти, отражающей паразитарное мышление, созданной довольно целостно: людьми глупыми для людей глупых. Глупые творцы либерального мифа не задают себе неудобных вопросов, а глупые потребители этого мифа – не умеют спрашивать.

А как задумаешься – так сразу и полезут нестыковки, противоречия из каждой щели! Что я и продемонстрировал…

 
➡ Источник: https://publizist.ru/blogs/33/29118/-

Рейтинг 4.00 из 5
Все поля обязательны для заполнения

Оставить комментарий


Оставить комментарий Очистить