Мысли Михаила Константиновича Сидорова и М. Ротшильда о развитии торговли и промышленности в России.

Автор: Александр РАШКОВСКИЙ   06.04.2015   Рейтинг: 4,3  

Из записок М.К. Сидорова:

«Одушевляемый истинным желанием пользы своей родине, я нахожу, что Вятско-Двинская железная дорога не принесет тех выгод, на которые указывают, до тех пор, покa не разовьются на севере  наши русские промыслы и пока не устроится русский торговый флот. Я не вижу выгоды для нашего отечества и в колонизации наших морских прибрежий, в особенности Мурманскаго берега, его бухт и заливов, людьми, не дорожащими своим отечеством. Людьми, меняющими свое родное подданство на иноземное только для получения денежных ссуд.

После того я обозревал Лапландию (1), Варангерское поморье, где  находится три подаренных норвежцам незамерзающих гавани и церковь Бориса и Глеба (2), Печенгу и другие приморские пункты нашего Северного моря. У нашей границы с Норвегией я узнал, что там, у самой церкви Бориса и Глеба, на русской земле, проводит лето в лопарских избах член английского парламента, покровительствуя нашим Пазрецким лопарям и оплачивая даже  за них уже четвертый год подати. Там бывают по целым месяцам и французы.

А невдалеке  от нашей границы, в северной норвежской крепости Вардэ, проводит время друг французского Императора Наполеона III.

По нашей русской приморской границе  путешествует известный инженерный прусский генерал. И невдалеке  покупают земли и на них проживают летом первые поземельные собственники Шотландии, переселяющиеся к концу лета в соседство к Ульриксдалю.

По мнению моему, изложенному в записке, которая напечатана в «РУССКОМ ВЕСТНИКЕ» за 1866 год, и в настоящем описании, наш север в три, четыре  года можно превратить в такую страну, в которую будут приезжать из других мест нашего отечества для приобретения капиталов. От развития промышленности на севере не ТОЛЬКО будет уплачиваться государственный долг, но и разольется богатство по всему нашему обширному отечеству. И будущее поколение не упрекнет нас за то, что мы не заботились о  его благосостоянии. Напротив оно будет нам благодарно за то, что мы не передали выгоднейших отраслей промышленности в руки иностранцев.

Пора прекратить и тягостное бремя жизни скитальцев тундр, потомков первых владетелей Севера, быт которых мы обещались улучшить при взятии от них земель. Между тем как взамен того довели их до того положения, что допустили их пожирать друг друга, что делается даже до наших времен, до 1859 или даже до 1863 года.

В наше время совершилось и совершается столько великих, промышленных предприятий! К  непроходимому местечку провели американцы канал и дороги, и возник громадный город Чикаго. И все жители местечка из бедняков внезапно сделались миллионерами, потому что ценность земли за 1 десятину вместо существовавшей 50 коп. обратилась в несколько сот тысяч рублей!!!

Что мог сделать русский купец, когда вельможи, избранные для управления краями как на севере, так и на юге, глумились даже над гениальными коммерческими деятелями? Можно ли обвинять северное русское купечество, что оно не заботилось о выгодах государства и не ходатайствовало о своих нуждах у Высшего Правительства, если ему загражден был к нему доступ?

Уделил  ли генерал-губернатор КНЯЗЬ ВОРОНЦОВ, получая от 13 до 16 миллионов рублей в год, единственно для развития ремесел и торговли между русским населением в течение 10 лет, из этой громадной суммы что-либо для русских промышленных деятелей. Между тем, как в продолжении полустолетия много русской крови пролито на берегах южного моря и истрачены громадные капиталы, преимущественно из денег податных сословий.

В Вятской губернии хлеб всегда дешевле, чем в Рыбинске, по умеренности заработной платы. Потому что почва там обрабатывается непосредственно самими владельцами земли. В Вятской губернии полный неурожай бывает один раз в 20 лет, между тем как в Архангельской губернии неурожаи бывают шесть раз в 20 лет. Хлеба теперь ввозится в Архангельскую губернию и в северо-восточные уезды Вологодской ежегодно 5 миллионов пудов, из коих 2 миллиона идут на местное употребление, a 3 миллиона пудов за границу через Архангельск.  При этом 3,5 миллиона доставляется Вятской губернией, а 1,5 миллиона юго-западом Вологодской губернии. В последнее десятилетие неблагоприятные условия в продовольствии севера от обмеления и засорения сплавных путей из Вятской губернии в Двинскую область разорили многих хлебных торговцев. Вятско-Двинский путь спасет бедное население Вятской губернии, подавленное недоимками от настоящего, чрезмерного упадка водных путей, ведущих к Двине. Вятско-Двинским же путем, отпускная торговля Архангельска сильно выиграет.

Вятская губерния ныне отпускает на Волгу до 2.300,000 пудов. А с устройством Вятско-Двинского пути увеличатся грузы для означенной дороги, не считая обратных грузов севера: предметов морских промыслов, в том числе трески, столь пригодной для пищи 2-х миллионного населения Вятской губернии, куда она теперь почти не достигает за недостаткам хороших путей.

По мнению членов комиссии от купечества на рынках Вятской губернии не представится затруднения к помещению 1.000,000 пудов рыбных товаров. Если допустить из них только 500.000 пудов, то ежегодное движение грузов по Вятско-Двинской дороге  выразится цифрою 7.000,000 пудов.

Разорили Вятскую губернию, а также и Двинскую область и Вологодскую губернию не упадок вод в реке Двине, который бывает весьма редко и не особенно чувствителен, а совершенно другие обстоятельства. Одно из самых главных, по нашему мнению, то, что искоренилось русское именитое купечество Вологодской, Вятской и Архангельской губерний. Где теперь богатейшие фирмы коренных русских купцов, первых хлебных торговцев, еще недавно украшавших наш север, наш Архангельский порт? Где  торговые дома Вятской губернии? Где  теперь три дома Синцовых, торговавших отдельно друг от друга? Где два дома Изергиных? Где  теперь дома Машковцевых, Аршауловых, Рязанцевых, Репиных, Платуновых, Герасимовых, Суэтиных, Пыхтеевых, Микулиных, Отрыганьевых, Митягиных, Юрасовых, Сушкиных, Юферевых, Гвоздевых, Шмелевых, Косаревых, Кардаковых и Ермолиных?

Не заслуживают ли порицания те, которые погубили русское коренное купечество, истребили его капиталы и довели дела до того, что Вятская, первейшая по урожаям, скотоводству и богатству российская губерния вся подавлена недоимками.

Комиссия выставляет Вятскую губернию хлебородною и обильною хлебом, который дешевле Рыбинского. Спорить с ней об этом не будем. Но не можем умолчать, что кроме Вятской губернии и Рыбинска, есть еще другие губернии и города, в которых хлеб дешевле Вятского, дешевле Рыбинского, и рабочие руки дешевле вятских и откуда провоз до Онеги, Кеми, или Колы еще дешевле вятского. Есть губернии, из которых  все  северные города Империи могут быть завалены хлебом не дороже 60 копеек за пуд, а может ли доставлять хлеб по такой цене  Вятская губерния? Напротив, из сведений, собранных и помещенных в отчет  комиссии, видно, что Вятская губерния в состоянии снабжать Север хлебом по средней цене  только по 80 копеек за пуд.

Кто не имеет своего торгового флота, того море разделяет с остальным миром. У кого есть флот, того море  с ним соединяет и сливает воедино. Железные дороги и торговый флот так  тесно связаны между собою, что невозможно представить себе  развитие одного без развития другого, как невозможно представить причины без последствия, или следствия без прнчины.

Если какая-либо страна при развитии у себя железных дорог, пренебрежет развитием торгового флота, то она непременно самые железные дороги сделает сборщиками податей cо своих жителей в пользу иноземцев. И непременно будет вводить их в обман кажущимся увеличением запроса на труд, тогда как плата за него, в общей сложности, нисколько не увеличивается.

Норвегия имеет до 7.000 торговых  кораблей, а северные русские поморы до 400 судов, притом едва ли не каждые десять судов равняются пo вместимости одному норвежскому кораблю. Все  эти наши 400 судов ходят в Норвегию не за ловлею там рыбы, а только за покупкою ее или меною на хлеб и лес. Что норвежцев, промышляющих рыбу и зверей у наших берегов, доходит до 20.000 человек, а русских только до 2.000 человек. Что Норвежских судов  за промыслом приходит в наше море до 1.000 судов, а наших русских в норвежское  26 судов и то только в Бирки (Киберг) против Печенгской губы. (Как видно из помещенной в журнале  Министерства Государственных  Имуществ за декабрь месяц 1866  года статьи нашего генерального консула в Христиании господина Мехелина). С настоящего лета и те  прекратили уже свое посещение Норвегии для ловли рыбы. Киберг был единственное место из тех пяти мест в Норвегии, в которых они имели право, пo договорам с Норвегией, ловить рыбу у самых берегов. В прошлое лето и это последнее оставили, сколько от преобладания в них норвежцев, вытеснивших русских. Столько и от того, что русские постепенно начали оставлять морские промыслы, передавая их окончательно в руки норвежцев, даже и в своем море, даже и у своих берегов.

Как остановить введенный новый способ приохочивания в поморье детей к школам через наказания розгами в волостных правлениях?

Как усилить на Севере дух православия, упадающий год от году все более и более?

Как достигнуть  развития русского торгового флота на Севере?

Как превратить чиновников, большая часть которых служат бременем государству, в людей промышленных, которые тогда не будут служить тягостно для государства?

Как поддержать и сделать полезными детей церковнослужителей при выходе их ныне  из уездных духовных училищ? Известно, что прием их в семинарии ныне  ограничен.

Как поднять снова Север, погибающий, теперь, от иностранного преобладания? Поднять наши црибрежья, порты и внутренние земли?

Как воскресить русское коренное торговое сословие?

Как уменьшить в народе и у промышленников число тяжебных и уголовных дел, и сократить самое делопроизводство. Чтобы никакое дело не длилось более одного года до окончательного его решения?

Полярная компания хотела создать собственную торговую флотилию, которая имела бы портом Печенгу, потому что Печенгская гавань на 1,200 верст ближе Архангельска к Петербургскому порту.  Во время существования Печенгскаго монастыря, в начале  XVI века, там был уже порт, куда и заходили иностранные корабли. Цель Полярной компании  имела значение государственное.  От развития ее деятельности получило бы значительные выгоды все государство, а не один только Северный край. Для того и нужна компания, что у местных жителей нет средств для развития промыслов, а потому они не могут уплачивать государственные повинности. И тот, кому было поручено управление краем, обязан был употребить все  меры для содействия такому предприятию, от которого зависело его благосостояние.

Мнение норвежского естествоиспытателя, профессора Вульфсберга, в составленной им книге  в 1861 году (выписка из книги): «На южной стороне Варангера (в местностях, от России в последнее время приобретенных), летом в тени бывает от 22° до 23° по Реомюру. Земли там плодородны, на них родится такой вкусный картофель, какого нет во всей Норвегии; огородничество превосходно, травы самые ароматичные; массы сосновых и других лесов большой величины. Жителей теперь 1.170 человек; каждое семейство занимается скотоводством, которое одно дает ему выручки ежегодно до 90 руб. серебром. Они переселились большею частью из южной Норвегии и занимаются, кроме скотоводства, рыболовством, судоходством и постройкою судов в заливах от 70 до 90 шт. в год; но цифра их год от года значительно увеличивается. Там работают и техники, и инженеры, и агрономы, и ветеринары, и архитекторы: кто по изысканию средств к новой правильной колонизации, кто по прорытию по всем болотам канав, для их окончательного осушения, кто по прокладке новых шоссейных дорог и проведению каналов, кто над разными постройками. В трех верстах от русской церкви, построена хорошая норвежская кирка, живет духовенство и начальство. Учреждена в 1859 году Февральская ярмарка и переселяется купечество. Устраивается  большой плац для ярмарки и приготовляется к постройке  большая гостиница для путешественников. Явились туда и евреи для торговли и продажи вина и водки промышленникам. Вследствие такой деятельности предполагаются устройство шоссейных дорог по всей норвежской границе, начиная от русской церкви Бориса и Глеба, и прорытие около Паз-реки (3) для обхода на ней водопадов и порогов семи каналов, для открытия водного сообщения моря с озером Эпаре и вывоза с берегов и островов его отличного леса. Для распиловки этого леса на Паз-реке, близ русской, церкви, уже 10 лет существует лесопильный завод. Затем на самой границе, по реке  Ворьем, для увековечения прав Норвегии на пески, где всегда водится наживка для трески, предполагается воздвигнуть каменный храм. Профессор Вульфсберг климат южного Варангера сравнивает с климатом Италии. Это подтверждают и лица, прибывшие на время из южной Норвегии. Им так понравился Варангер, что они не хотят ехать обратно на юг. Варангерское море профессор Вульфсберг называет неисчерпаемым богатством, громаднейшею пашнею, которую, не приготовляя и не засевая, можно ежегодно  пожинать в таком количестве, в каком кто пожелает. По этому морю, между всеми заливами, начиная от русской границы, существует пароходство».

Приведем слова историка, в которых мы и сами убедились. Он говорит, «что для выполнения заданной им себе задачи, он принял труд обширный, без данных для выполнения. Притом путешествия по Европе и путешествия у нас, в особенности на Север, две вещи громадно-различные. У нас путешественник должен бороться не с одними лишь материальными препятствиями природы. Это бы все ничего: проникают же люди в центральную Африку. Но труднее бороться с такими препятствиями: с невежеством масс, неразвитостью, пугливостью, недоброжелательством, с отсутствием критически разрабатываемых фактов, сбивчивостью всякого рода административных сведений, недостатком гласности во всем и обо всем. Ученые же фолианты годны только для кабинета академика и для мертвой буквы библиотеки.

Железные дороги начали было пересиливать другие способы перевозки товаров; но улучшения в устройстве  парусных судов снова восстановили несколько равновесие. При увеличении же ценности топлива, железные дороги никак не могут соперничать с парусными судами в перевозке громоздких и малоценных товаров. По дешевизне перевозки он превосходят и пароходы. Парусные суда имеют преимущество в том, что могут принимать большое количество груза. В них не отнимается место для помещения товаров ни паровыми машинами, ни топливом. Кроме того, усовершенствования постройки судов и увеличение их размеров не только совершенно изменили условия мореходства, но и сделали океанические плавания самыми безопасными. Усовершенствования в кораблестроении и в мореплавании произвели уже то, что парусные суда стали соперничать с железными дорогами. Так, например, пшеница, привезенная из Калифорнии па парусных судах вокруг мыса Горна в Нью-Йорк, продавалась там дешевле, нежели привезенная из внутренних штатов по железным дорогам.

В самой систем  кораблестроения произошли улучшения, от которых не только увеличились крепость судов, но и быстрота их хода. В прежнее время ход кораблей в 12 итальянских миль, т. е. в 21 версту в час, считался самым скорым ходом, а теперь maximum скорости достигает даже до 17 миль, т. е. 30 верст. Такое увеличение быстроты хода, сокращая время плавания, дает возможность уменьшить запасы провизии, воды и топлива, а через это выигрывается место для груза или для пассажиров. Вот почему, при увеличении числа судов, их вместимости и быстроты хода сделалось ныне  возможным в один год перевозить такое количество грузов и пассажиров, какого 200 лет тому назад нельзя было совершить в несколько десятков лет. Вот почему торговля и переселение только в нынешнее время и смогли принять такие громадные размеры.

Как ни необходимы и ни полезны для России железные дороги; но постройка их в долг у иностранцев и из заграничных материалов никак не может, в конце  концов, дать тех благоприятных результатов, на какие некоторые наши финансисты так самоуверенно рассчитывают.  Они предвидят в сооружении железных дорог и облегчение нашего государственного бюджета и восстановление ценностей нашей денежной единицы. Ошибочность расчета наших финансистов, что будто бы железные дороги доставят России возможность постоянно сбывать за границу ее дешевые и громоздкие сырые продукты, пропорционально увеличению ее заграничных платежей и долгов,  вполне очевидна для англичан. Потребность Европы в русском хлебе, этом главном нашем продукте сильно изменяется. Неурожаи в Западной Европе случаются только раз или два в 10 лет. Перевозка хлеба по железным дорогам, как доказывает опыт других стран, не есть еще самый дешевый и удобный способ перевозки, а тем менее он может быть таким по многим причинам в России, как справедливо заметил в своем донесении английский консул в Таганроге. Мы видим, что и в Северо-Американских Соединенных Штатах, где  не 9.000 верст железных дорог, как в России, а более 60.000 верст, главная масса хлебных продуктов идет по внутренним водяным путям.

В 1867 году отпущено было из России за границу пшеницы, ржи, ячменя, овса и муки, не считая других хлебных продуктов, до 135.000.000 пудов. Провезено же в том же 1867 году пo всем нашим железным дорогам всякого рода хлебных продуктов  едва ли 40.000.000 пудов, из которых большая часть пошла на местное потребление.

Сидоров М. Север России. СПБ, 1870, с.V-VI, XII, XIV-XV, XVIII, XXI-XXII, 2, 7-8, 10, 14, 39, 68, 72, 81-83, 282, 354-355, 357-358.

А вот что писал М. Ротшильд (4).

«При Петре Великом получило развитие русское торговое сословие вообще, без преимуществ для столичного, и явилось торговое законодательство в размерах, каких до того времени не было.

Указ Петра о торговых компаниях появился в 1699 году и повелевал «русским купеческим людям торговать так же, как торгуют иных государств торговые люди компаниями и чинить отпуска товарам в компаниях в Архангельске, Астрахани и прочее».

В 1711 году было велено торг китайский отдать в компанию.

В 1723 году составилась компания «Гишпанская».

Пути сообщения были значительно улучшены, в особенности водные.

Денежное дело получило развитие.

Петр был чрезвычайно осмотрителен в финансовых делах. Так, когда стало замечаться чрезмерное колебание в ценах золота и серебра, выпуски меди были еще уменьшены. Были отчеканены русские червонцы и выпущены были серебряные рубли, полтинники и четвертаки в большом количестве. Причем установлено было отношение серебра к золоту, как 1: 13,88. Мера эта, хотя и не прекратила колебаний курса окончательно, дала ценам большую устойчивость и на некоторое время уберегла денежный рынок от кризисов.

На рынках появилось множество товаров, которых прежде не бывало.

Со времен Петра значительно поднявшийся в культурном отношении русский народ сразу получил нравственный перевес над азиатским населением и стал проводником цивилизации в Азию.

Обрусение многочисленных инородцев внутри России (мордвы, пермяков, вотяков, татар, карел, сибирских инородцев и прочих) пошло быстрее по тем же причинам культурного превосходства.

С начала XVIII столетия Россия сделалась обладательницей берегов значительной части Финского залива и Балтийского моря.

С основанием Санкт-Петербурга и Кронштадта русская торговля получила удобный морской выход, и ее международное значение сразу поднялось.

Подчинение России таких важных торговых портов, какими были Рига, Ревель и Нарва, повело к большим торговым успехам, так как в этих городах имелись уже готовый торговый флот и готовые торговые связи с Западом.

С 1703 года, когда была основана новая столица, правительство энергично заботилось о ее подъеме. Купцы и рабочее население были переселены в Санкт-Петербург насильственно. Насильственными же мерами была направлена русская вывозная торговля в Санкт-Петербург.

Так в 1713 году был издан Указ, чтобы торговые люди везли пеньку, юфть, икру, клей, смолу и ревень, для продажи за границу, не в Вологду, как было прежде для следования в Архангельск, а в Санкт-Петербург.

Кроме того, совершение письменных договоров между русскими и иностранцами было дозволено только Петербургскому порту.

Петровский период был временем сурового учения для России. Правительство вводило преобразования принудительными мерами, так как не было времени на постепенные изменения. Отсюда мрачный колорит того времени.

Такие крутые меры вызвали ропот в купечестве.

Однако выгоды петербургского пути русские купцы узнали очень скоро, а роптавшие иностранцы не решились отказаться от русской торговли.

Кроме того, оживлению торговли на Балтийском море сочувствовали немецкие города, а многие купцы из Риги, Ревеля и Нарвы нашли для себя прибыльным переселиться в Санкт-Петербург.

В 1724 году ропота уже не было и в Санкт-Петербург приходило уже 240 кораблей в год.

Санкт-Петербург обстраивался по обдуманному плану и под бдительным надзором правительства, добившегося вполне европейского города и красивого.

Вывоз товаров за границу из Санкт-Петербурга заключался в следующем:

  1. 1718 год – 268.590 рублей.
  2. 1726 год – 2.403.423 рублей.
  3. 1760 –5.299.779 рублей.

Привоз иностранных товаров в Санкт-Петербург за эти же годы был на сумму:

  1. 1718 год – 218.049 рублей.
  2. 1726 год – 1.549.697 рублей.
  3. 1760 год – 3.299.779 рублей.

В конце периода в Санкт-Петербурге было уже 42 фабрики, в том числе казенный фарфоровый завод, производивший выдающиеся по своим достоинствам изделия.

Садоводство сделало большие успехи при Императрице Елизавете Петровне, которая страстно любила сады, цветы и фрукты. При ней при дворе вошло в моду потребление свежих плодов, которые до того времени были в России в пренебрежении. По примеру придворных, все сельские дворяне стали разводить при своих усадьбах большие сады. Особенно успешно пошло плодоводство в Астрахани и Царицыне.

Льноводство и разведение конопли пользовалось большим вниманием правительства. В 1715 году Петр издал Указ о всяческом поощрении этой отрасли земледелия.

В 1716 году, вследствие жалоб иноземных покупателей на недоброкачественность получаемого из России волокна, назначена была смертная казнь за подмешивание пакли к пеньке.

Русские конопляники, в особенности помещичьи, к концу периода были действительно очень хороши и славились по всей России.

Льняное и конопляное семя тоже были предметом крупных торговых сделок.

Виноделие началось в России при Петре.

Лучший лен разводился в Псковской губернии и возле Вязников. Лучшие конопляники были вокруг города Брянска.

Первые опыты разведения близ Астрахани винограда для виноделия сделаны были по поручению Петра одним французом.

Горное дело благодаря заботам правительства сделало изумительные успехи. Учрежденная при Петре берг-коллегия давала предпринимателям значительные ссуды, облегчала выписку из-за границы и наем мастеров, выдавала премии за находку руды и прочее.

Горнозаводчики пользовались огромными привилегиями по владению вотчинами и крепостными людьми, награждались дворянским достоинством и на льготных условиях получали большие казенные земли.

Все это повело к огромным успехам.

Добывание соли поднялось с 2 до 6 миллионов пудов.

В 1772 году в Москве, на средства П.А. Демидова (5), было основано первое коммерческое училище, когда в Западной Европе о таких училищах и не помышляли, довольствуясь чисто практическими приемами торгового обучения. В 1799 году это училище было переведено в Санкт-Петербург.

В 1804 году, по ходатайству московского купечества, было учреждено такое же коммерческое училище в Москве. В том же году была учреждена коммерческая гимназия в Одессе. В 1806 году такая гимназия была учреждена в Таганроге.

В 1804 году, по ходатайству московского купечества, в Москве было учреждено 2-е коммерческое училище на средства Арнольда (6). Впоследствии оно перешло в ведение образовавшегося общества любителей коммерческих знаний, и было преобразовано в 1810 году в «Практическую академию коммерческих наук».

В 1828 году коммерческие гимназии были преобразованы. Так, Одесская коммерческая гимназия превратилась в «Ришельевский лицей» (он в дальнейшем был преобразован в Новороссийский университет – А.Р.). Таганрогская коммерческая гимназия была преобразована в классическую гимназию общего типа.

При Александре II, с введением устава 1864 года, при 36 реальных училищах были учреждены коммерческие классы.

В 1861 году были вновь основаны коммерческие училища в Одессе и в Риге. В 1880 году основано Петровское коммерческое училище в Санкт-Петербурге. В 1885 году – Александровское коммерческое училище в Москве. В 1893 году – Харьковское коммерческое училище.

Благодаря Сперанскому (7), Россия впервые получила стройный свод законов, обработанных самостоятельно без рабского подражания иноземным законам, и благодетельное значение этого приобретения для России было особенно ощутимо в торговом мире.

Процветанию кредита до середины XVIII столетия мешали:

  1. Низкий уровень просвещения торгового сословия.
  2. Взаимное недоверие торговцев.
  3. Недостаточно упорядоченное судопроизводство.
  4. Неустройство государственных финансов, которые были в расстройстве до царствования Александра III.

Почтовые сообщения в России уже при Николае I были в образцовом порядке, что достигалось неумолимой строгостью и большими затратами казны. Установившийся порядок русских почтовых учреждений в общих чертах сохранился до конца XIX века. И русская почта считалась одной из наиболее исправных почт в мире.

Ротшильд М. Коммерческая энциклопедия. Том 1. СПб: Издание В.Э. Форселлеса, 1899, с.205-209, 221, 225, 227, 231, 233, 240, 251-252.

Александр Рашковский, краевед,

3 апреля 2015 года.

Полная версия:

http://xn—-7sbbraqqceadr9dfp.xn--p1ai/articles/105205-myisli-mihaila-konstantinovicha-sidorova-i-m-rotshilda-o-razvitii-torgovli-i-promyishlennosti-v-rossii

Рейтинг 4.33 из 5
Все поля обязательны для заполнения

Оставить комментарий


Оставить комментарий Очистить