Наши наиболее «продвинутые» телеканалы уже приучили зрителей: хочешь присутствовать при прорыве к «подлинной» исторической правде о войне – включай «ящик» 9 мая или 23 февраля и не ошибешься. Тебе поведают леденящие кровь подробности о сражениях, из-за их полного провала скрываемых всеми силами официальной науки; о бездарных генералах Красной Армии, умевших воевать, только заливая противника кровью и заваливая трупами своих солдат; о комбатах, бросавших подчиненных в бой с одной винтовкой на троих; о солдатах, страстно мечтавших дезертировать и остававшихся в окопах только потому, что с тыла их стерегли заградотряды; о юных партизанках, шедших на гитлеровские виселицы по причине полностью атрофированного инстинкта самосохранения; об умном и умелом противнике, благодаря своему военному искусству образцово отошедшем вплоть до Берлина, но так и не потерпевшем поражения. И т.д., и т.п.
Оформившуюся за последние два десятилетия традицию в этом году с готовностью поддержала телекомпания НТВ, показав 23 февраля фильм Алексея Пивоварова «Ржев. Неизвестная битва Георгия Жукова». В нем «джентльменский набор» такого рода телеподелок налицо.
Здесь и навязшие на зубах попытки авторов убедить зрителей, что избранный ими сюжет был ранее «неизвестен», «официально считается секретным», и, чтобы раскрыть его, пришлось прорываться в «спецхраны», много работать в «архивах».
Здесь – и крепкие выражения по адресу советских полководцев, в первую очередь Г.К. Жукова. «Мясник» – это еще не самое сильное. Зато по ту сторону фронта действуют исключительно умницы и благороднейшие типы – фельдмаршал Г. Клюге («смышленый Ганс»), генерал В. Модель (за оперативный талант прозванный, как сообщают авторы фильма, пожарным Гитлера).
Здесь – и «маячки», без которых не обходится ни один современный фильм, претендующий на «правду» о войне. Это как в системе распознавания «свой – чужой»: ты – «свой», если упомянул о штрафниках и заградотрядовцах. В августе 1942 г. наши войска, несмотря на распутицу, недостаток боеприпасов, шли и шли вперед. Хорошо? Оказывается, не очень. «Дело не только в героизме, – вещает за кадром Пивоваров, – за наступающими идут заградотряды» (и показывает сцену расстрела). Ведущего не смущает отсутствие логики: за наступающими-то зачем идти? К слову, в приказе № 227 на этот счет было сказано предельно ясно: заградительные отряды поставить «в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и обязать их в случае паники и беспорядочного отхода частей дивизии расстреливать на месте паникеров и трусов…». Отхода, а не наступления!
Здесь – и прямые передержки, а то и подлоги. В кадре демонстрируются бесплодные атаки советской пехоты зимой 1942 г., и в качестве очевидца и участника событий их комментирует Герой Советского Союза В.В. Карпов. Однако хорошо известно (об этом ведь, хотя и вскользь, говорится в самом фильме), что будущий фронтовой разведчик Карпов был в это время заключенным и смог покинуть лагерь, будучи направленным в штрафную роту, лишь после выхода в свет приказа наркома обороны № 227 от 28 июля 1942 г. На этом фоне просто невинной выглядит «забывчивость» авторов, возлагающих ответственность за события в районе Ржева на Г.К. Жукова, но не взявших за труд сообщить зрителям, что с августа 1942 г. он уже не являлся командующим Западным фронтом.
Здесь – и «закладки» в подсознание зрителя. По ходу фильма один из ведущих шагает по лесу под Смоленском и – вроде бы ни к селу ни к городу – рассказывает, что за год до описываемых событий в этих местах НКВД расстрелял польских офицеров. Но это напоминание лишь на первый взгляд не имеет смысла, на самом деле в головах зрителей должна сформироваться незатейливая схема: режим, который расстреливал пленных, не станет церемониться и со своими. И не церемонился… По ходу фильма идет бесконечное манипулирование цифрами потерь, постоянно подчеркивается, как безжалостно бросало в бой подчиненных наше командование, а в финале следует вывод: в народной памяти осталась, мол, не Ржевская битва, а Ржевская «мясорубка».
Авторы назойливо претендуют на лавры первооткрывателей. Жаль только, не говорят конкретно, что же до сих пор, по их мнению, «считается секретным» и какую правду «скрыть уже невозможно». Иначе за их многозначительностью вскрылась бы банальная пустота. Да, в советской историографии наступательным операциям на ржевском н