Штраф лопатой по стеклу – 3

Автор: Павел ШАБАНОВ (Вологда)   28.04.2012   Рейтинг: 4,3  

«…если российских судей начать наказывать по ст. 305, то все они все сядут и судей в России не останется».   Председатель Верховного суда России В. М. Лебедев.
ст. 305 УК РФ.
«1. Вынесение судьей (судьями) заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта — наказывается штрафом в размере от пятисот до семисот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от пяти до семи месяцев либо лишением свободы на срок до четырех лет.
2. То же деяние, связанное с вынесением незаконного приговора суда к лишению свободы или повлекшее иные тяжкие последствия,— наказывается лишением свободы на срок от трех до десяти лет».
… Я вновь сижу в зале суда в нескольких метрах от судьи Шевцова.
Слушается ходатайство о том, что такое-то доказательство получено с нарушением закона, что подменён компакт-диск.
Если всё делать по закону, как   должно быть в НОРМАЛЬНОЙ стране, то обвиняемому достаточно   СКАЗАТЬ об этой подмене, и  это прокурор  должен пластаться, доказывая,  что подмены не было, что подтверждается тем-то и тем, а так же заключением такого-то специалиста.
В нашей же реалии всё происходит наоборот. Прокурор или отмалчивается, или несёт   какую то ахинею, судья никого не слушает, сидит со скучающим видом и только торопит: «Ну что, у вас всё?», «У вас есть ещё ходатайства?». А обвиняемый доказывает: ведь ему больше всех это нужно.
Обвиняемый представляет справку об экспертном исследовании,  и в ней русским языком, чёрным   по белому написано: диск, который в деле, создан в другое время, и на нём другой файл, и файл этот  тоже создан в другое время, то есть это совсем другой диск, с другим номером, (не тот,  который следователь показывал понятым и упаковывал в конверт).
Обвиняемый просит допросить понятых,  просит назначить экспертизу. Обвиняемый указывает на материалы дела, где описаны свойства подлинной  видеозаписи, просит судью открыть на компьютере компакт-диск и убедиться, что свойства другие, что   факт подмены основного доказательства – компакт-диска – налицо. Обвиняемый ещё много чего говорит – и о том, как ему  не дали провести экспертизы и поставить вопросы перед экспертом, и о том, что как следователь обманул его, втихомолку назначив экспертизу и не ознакомив с постановлением о её назначении, и о многом другом.
А пребывающий в иной     реальности судья   выносит решение —  всё правильно, всё честно,  диск не подменён, это и так видно, и открывать и читать его  нет необходимости. Справка об экспертном исследовании?  И читать не буду, и приобщать – мне это надо?
И вдруг  судья как бы просыпается, и начинает   активно руководить   процессом.
Подбадривает  прокурора – Обвинение, поактивнее.
Придерживает  защиту, указывая, кому из адвокатов  и в каком порядке  говорить, и определяет тему выступления адвоката.  Адвокаты хотят провести перекрёстный допрос потерпевшего – судья не даёт.  Так и говорит —  Вопросы будет задавать адвокат…
Между тем, право   вести допрос предоставляется  стороне защиты, а не конкретному адвокату,  и тактика допроса, последовательность вопросов – это сугубо внутреннее дело защиты, и вмешиваться  в это может только такой дуболомный судья, с которым мы и имеем дело.
И который  – пресекает любые попытки   заявить возражения.
Между тем, если кто-то заявляет возражения,  процесс должен останавливаться, и должно прозвучать возражение, которое нельзя отложить,  потому что это связано не исследованием  материалов, а с процедурой.  Возражения ведь  заявляются  НА ПРОЦЕДУРУ.  Если любая из сторон процесса поднимает вопрос о процедуре, всё должно останавливаться,  и обсуждаться должна процедура.
Ведь допрос потерпевшего, к примеру, может  длиться не  один день, и что?  Ждать несколько дней, чтобы заявить возражение?  Нет, ЗАКОН  предусматривает, что как только подсудимый говорит:  Ваша честь, у меня есть возражения  – ему должна быть представлена возможность осуществить своё право.
Но    судье закон не писан,   и он небрежно отмахивается – Я вам слова не давал.
Подсудимый – Так я на ваши действия хочу возразить…
Судья – ПРИСАЖИВАЙТЕСЬ!   Будет говорить адвокат С., а вы  — присаживайтесь!
ЭТОГО  — не должно быть, но это происходит в Сокольском суде.    Это – тягчайшее нарушение для судьи,  который в противоречие Закону устанавливает свою процедуру.  Только за одно это судью в НОРМАЛЬНОЙ  стране незамедлительно   увольняют.
Подсудимый имеет право заявлять ходатайства,  но судья Шевцов считает иначе —  Задавайте вопросы!
И делает замечание – Регламент установлен.  Ходатайства?  Нет, задавайте вопросы.
Если у подсудимого есть заявления,  ходатайства, отводы, он имеет право заявить их в любой момент.
А у судьи – обязанность   выслушать их и разрешить эти ходатайства  — немедленно, либо, как исключение,   отложить до  окончания допроса.   Но судья исполнять свои  обязанности – не считает нужным.
То есть – нанятый нами (гражданами России)  судья  не исполняет свои служебные обязанности,  за которые получает зарплату.
Более того – он препятствует  реализации прав подсудимого.
Блин!  Откуда они взялись на нашу голову?А судьи – кто?
По мнению многих, в том числе – и,   по моему мнению,  судьи — это  такие с виду люди, у большинства  из которых полностью отсутствуют  нравственное начало.
Именно этим    и объясняется  нынешняя катастрофическая ситуация в нашей судебной системе.
Нравственность
Почему американцы так дотошно копаются в личной жизни публичных людей?
Выбирают президента, чтобы доверить ему судьбу страны, наделив властными полномочиями – но перед  тем проверяют —  а не совершил ли тот в своей жизни чего если не противозаконного, то хотя бы сомнительного?
Зачем американцы публично перетряхивают   грязное бельё  своих политиков?
А всё очень просто  — чем более высокую должность занимает человек,  тем сложнее его  контролировать.  Пример – Лукашенко, избранный демократичным путём, постепенно   вызрел в диктатора.  Гитлер,   так же законно избранный, обрушил Германию и всю  Европу в братоубийственную войну.
И потому стараются выбирать  не столько специалиста в какой-то отрасли, а высокоморального человека, который бы сам себя контролировал.  Выбирают не  «эффективного менеджера», который железной рукой приведёт свой народ к счастью, а человека, который не  может совершить  поступок, несовместимый с общепринятыми понятиями морали.  Оценивают его не по деловым качествам, а с точки зрения нравственности. Многовековая история человечества, щедро окроплённая кровью, говорит  — нравственность выше эффективности.
Собственно, и стадо приматов  стало  сообществом людей только тогда, когда у него появились нравственные, моральные законы, обязательные для   всех, в том числе и вожака стада.  И тогда вожак становился вождём.
В полисах Древней Греции граждане, почуяв  нарастающую угрозу со стороны какого-то военачальника или политика, могли голосованием отправить его в изгнание лет на 10. (Афины, например. В Сиракузах  — на 5 лет.)
И мотивом изгнания были не деловые качества  талантливого и храброго  военачальника,   не умение эффективно управлять городским хозяйством, строительством кораблей, не дотошное знание писаных законов – а нравственные качества.   Так и говорили – специалист ты хороший, а человек – неважный.     А потому –  вот тебе 10 дней на улаживание личных дел  — и уходи от нас.
Вернёшься лет через 10 – твоё имущество сохранится в неприкосновенности.
Чуть позднее  на Руси было сходное явление —   Новгородское  вече могло в любой момент прогнать («показать путь») князя и позвать другого или вообще на какое-то время оставить землю без князя.
Вече Великого Новгорода  трижды вышибало  из города  Александра Невского  — Поди от нас прочь!   — о чём традиционно умалчивают школьные учебники, а зря.    Князя, полководца,  изгоняли по нравственным мотивам  — жадноват был князь Александр,  оттого и  стремился запустить руку в городскую казну,     вспыльчив был и скор на расправу.  А ещё – злопамятен, и в очередной раз,  вернувшись на княжение, припомнил горожанам старые обиды и по¬весил «многий крамольники».
Так что его снова изгнали  — уходи, нехороший человек.
В 1255  году новгородцы выгнали прочь четырнадцатилетнего Василия, сына Александра Невского, что и понятно – наследственность.
После смерти Александра – с позором изгнали  его сына Дмитрия, и призвали на княжение  брата Александра, Ярослава.
«Заключая договор с Ярославом, новгородцы припомнили ему, что прежний князь делал насилия Новгороду, но того вперед не должно быть. В самом деле, обращение князя с Новгородом и Новгорода с князем в это время носит признаки равенства. Ярослав, говоря с новгородцами, выражался о князьях так: «Братия мои и ваши». В 1269 году Новгород не поладил с князем за то, что он употреблял во зло право охоты около города, держал много ястребов, соколов и собак, выводил из города иноземцев и делал поборы: — вече судило его и изгнало. Напрасно Ярослав хотел примириться с вечем и присылал сына своего Святослава. — «Простите мне этот раз, — говорил он через сына: — вперед буду так поступать; целую крест на всей воле вашей». Новгородцы закричали: — «Мы не хотим тебя! Ступай от нас добром, а не то про¬гоним тебя, хоть тебе и не хочется идти от нас!».  (Костомаров).
Так человечество и выживало, оставаясь сообществом людей, отторгая чуждое, НЕЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ.
И в каждом этносе, в каждом социальном слое были  нравственные законы,  преступить которые было нельзя безнаказанно.   Дворянин, офицер мог в прах проиграться в карты,  в горячке запустить руку в полковую кассу – но спокойно жить дальше не мог, потому что ему предстоял офицерский суд чести.   Он или пускал себе пулю в лоб, или переставал быть  дворянином.
Священник не мог убить человека, даже в порядке самообороны, а если убивал – то переставал быть священником.
Крестьянин, член общины,  часть Мiра,  по приговору сообщества ложился под розги, смиренно переносил наказание, а после кланялся односельчанам,  искренне благодарил «за науку», потому что могло быть более страшное наказание – изгнание.  То есть – он переставал быть членом сообщества.
Но если сегодня человека поставить в такие условия, что он может выжить, только нарушив законы нравственности, то большинство людей  нарушат эти законы, особенно тогда, когда  им гарантированна безнаказанность.
В качестве примера —   русские крестьяне,   в своём большинстве люди высоконравственные,   при  Сталине были  поставлены в условия, при которых выжить можно было,  только нарушая  вековые нравственные законы.
— Не бери чужого!  — с малолетства  вбивали в сознание детей.
— Не укради! –    гласила  8-я заповедь Господа,  древнейший писаный кодекс нравственности.
Но – сенокосов нет,  на трудодни дают копейки. Как жить?
Тайком, украдкой   косить сено  по ночам,   в карманах и голенищах сапогах принести домой   зерна, чтобы не пухли с голоду дети.
И нравственный стержень прогнулся, оправдывая поступок – Я не у человека ворую, а у колхоза, у государства.
Но —   в глазах   общественного мнения  это не считалось воровством.
Но —  всё таки сохранялись  основы  неписаных законов нравственности – нельзя   обижать слабых, нельзя, чтобы рядом  с тобой был голодный, нужно почитать стариков и т.п.
А если кто не соблюдал этих вековых законов, то его и человеком  не считали, это был бес в обличии человека, и отношение к ним было соответствующее.
Не сочтите, что хочу обидеть кого-то из южных народов, но факт остаётся фактом —  здесь у нас, на Русском Севере,  от Вологды и до Белого моря, воровства не водилось.  Идущая от тех времён традиция  вологодской деревни не запирать избу,    а ставить палку наискосок дверного проёма, обеспечивалась тем, что нарушитель неприкосновенности жилища далеко уйти  не мог.  На ближайшем лесном перекрёстке его   поджидал  потерпевший, приветливо помахивая суковатой дубиной,  а то и топором.
По этой же причине  здесь, в лесной глуши, коров  и лошадей не пасли, а просто отпускали в поскотину.
А вот конокрадов не отпускали,  и урядники сельской полиции  предпочитали не вмешиваться, когда пришлому конокраду кишки на кол наматывали.
То есть – нравственное поведение гарантированно обеспечивалось  реальной возможностью наказания.
А что делает  с людьми  БЕЗНАКАЗАННОСТЬ  —  мы можем видеть сегодня на примере  судейского сообщества  России.
И что же мы имеем сегодня?
Своим коллективным разумом мы создали  писаные законы, как выражение  внутреннего нравственного  закона,   а поручили соблюдать   законы – людям безнравственным!
Понятия   НРАВСТВЕННОСТИ,  ПОРЯДОЧНОСТИ   — это  не для  судейского сообщества.  Если в эту систему случайно попадают нормальные люди, то они становятся изгоями. Но откуда могут взяться здесь нормальные люди?
Откуда берутся судьи
Судьи у нас в основном – из ментов, следователей,  прокуроров и секретарей суда.
Приходя из милиции, прокуратуры, налоговой полиции, они тянут за собой  прежние установки и привычки.
Можно сравнить  это с такими  явлениями  в психиатрии, как наведение – длительное общение с больным шизофренией вызывает наведённую, дедуктивную   шизофрению.
То есть – в судейское сообщество приходят люди   уже крепко затронутые профессиональной деформацией характера.  Постоянно общаясь с преступниками, они перестают  воспринимать  преступное  поведение  как НЕДОПУСТИМОЕ,  как нарушение нравственных законов. Они уже пригубили тлетворного яда  безнаказанности – оказывается, можно надавить на свидетеля,  заставить подписать  признание невиновного,   уничтожить улики, (Или  — наоборот – подбросить!)   и за это ничего не будет!   Можно не принять заявление о совершённом преступлении – и за это получить премию.
Ничего —  что сидит невиновный, ничего – что  преступник остался на свободе, главное  — показатели в порядке,  преступность по отчётам сокращается, раскрываемость повышается.
И с этими жизненными установками они приходят в суд.
Они стремятся в судейское кресло, где их ожидает полная безнаказанность!
Нет, я не говорю о тех редких случаях, когда судей сажают за глупые взятки или за стрельбу по людям.
Верховный суд   приговорил экс-судью города Боровичи Гетманова к 5-ти годам лишения свободы условно, а также обязал его выплатить штраф суммой в 300 тыс. рублей.     Судья Гетманов попросил 20 тысяч рублей за то, что разрулит с ГИБДД ситуацию по лишению водительских прав.
Судья Верховного суда Республики Саха (Якутия) Валерий Решетняк был приговорен к 6 годам лишения свободы. Он, будучи в сильном подпитии, разделался в Якутске с тремя прохожими с помощью служебного пистолета. Двое скончались на месте, третьего едва спасли врачи.
И получил – ниже нижнего предела.
Ст. 105 УК РФ, ч. 2. Убийство  двух или более лиц наказывается лишением свободы на срок от восьми до двадцати лет либо смертной казнью или пожизненным лишением свободы».
Речь о том, что гражданин, столкнувшись с неправосудным решением  судьи, обжаловать его не может.
Ведь судья у нас неприкосновенен!
И заявления и жалобы на него писать – бесполезно.
3 мая 2011 г. п. 21 инструкции №72 Следственного комитета России установил: «Поступившие в следственный орган… заявления, …в которых заявители выражают несогласие с решениями, принятыми судьями, прокурорами… и сотрудниками следственных органов, …высказывая предположение о совершении… должностного преступления, …не подлежат регистрации… и не требуют проверки».
Продолжение следует.

Рейтинг 4.33 из 5
Все поля обязательны для заполнения

Оставить комментарий


Оставить комментарий Очистить