Фильмы о войне. В погоне за клюквой

Автор: Дмитрий ДИВЕЕВСКИЙ   24.10.2013   Рейтинг: 4,8  

Тема  Великой   Победы сегодня у всех на слуху.  Она востребована обществом, на нее государство выделяет немалые деньги. Целый ряд маститых деятелей  российского кино уже успел на ней отметиться и нет сомнений, что последуют новые произведения.
За последние два года  о войне появились различные  по качеству   фильмы, из которых наиболее внятной стала работа С.Урсуляка по роману В.Гроссмана  «Жизнь и судьба».
Хотя сложно  не упрекнуть автора: на фоне эпического полотна войны он все же не смог удержаться  от того, чтобы   мелким текстом не выделить страдания «малого народа под сталинской пятой». Да   Бог с ним.   На этом коньке столько  наших литературных и кинематографических  кумиров оттянулось, что не стоит  лишний раз поднимать тему. В целом работа выдержана в традиции  ответственного и правдивого кино.
Но вот фильм другого авторитетного мастера, К.Шахназарова «Белый тигр» вызывает вопросы.  Во-первых, в основе сюжета лежит мистика, что изначально  предопределяет его содержание как притчу. Язык притчи условен и многосложен, с ним автор рискует  выразить совсем не те идеи, которые закладывал в свой замысел изначально.
Может быть, поэтому  «Белый тигр»  оставляет впечатление  недосказанности.     Сама идея  мифического непобедимого немецкого танка, который  так  и ушел от расплаты и, по мнению авторов, бродит сейчас где-то в зарослях  Европы, поднимает вопрос: это символ непобедимости призрака войны? Это предупреждение о том, что он обязательно вернется и пальнет в окна «Мосфильма»? Зачем в самом конце фильма автор «оставляет в живых»  Гитлера, который  объясняет зрителю свою  людоедскую идеологию и пророчит дальнейшие беды?
Мы, как общество, убеждены, что   «белый тигр» больше  не осмелится  прыгнуть на нас из своих зарослей. Мы завоевали право верить в это своей победой. Но автор в этом сомневается, хотя не говорит главного — в чем причина его опасений – в нашей сегодняшней слабости или в том, что Гитлер «жив»?
Повторим, при всем уважении к работе К.Шахназарова, ощущение недосказанности и недопонимания  месседжа  автора остается.
Отдельно следует упомянуть   последний вклад Н.Михалкова в военную тему  — его  фильм  «Цитадель». О нем много писали и стоит лишь для проформы сказать — эта работа   вызывает  тошнотворное чувство  столкновения с  симулякром. В ней все говорит о творческом бесплодии автора:  надуманность сюжета,   глупость интриги и обилие «клюквы», которая буквально сыплется на голову зрителя.
Будь это что-то вроде «Сибирского цирюльника»,  так и ладно.  Но, повторим, военная тема в нашей стране святая. Смотреть на то, как потерявший творческую потенцию мужчина купил себе резиновую  куклу,  назвал ее «войнушкой»  и вымучивает из нее   страстные вздохи, право,   возмутительно.
Здесь склонность  Н.Михалкова к «прикольному» эпатажу  вошла в конфликт с необходимостью пропускать правду о войне через сердце.
Последним «достижением» российского кино на военную тему   стал   фильм Федора Бондарчука «Сталинград» и в силу того, что это свежий пример, стоит остановиться на нем подробнее.
Работа, казалось бы, должна  подкупать искренней интонации и   реальным желанием удержать в живых память отцов. Бондарчук знает, что то поколение, у которого отняли память отцов, превращается в слуг чужой нации, и он пытается штопать разрыв, как умеет. В целом его фильм  стоит гораздо выше «Цитадели». В нем никто  не штурмует с палками вражеские крепости и не взрывает их по формуле «мышка пробежала, хвостиком махнула».
Вместе с тем  приходится  делать вывод, что тотальное нашествие блокбастеров Голливуда на наш экран не оставило в стороне и творческую манеру Ф.Бондарчука.   Ему хочется подтянуться именно под эти стандарты и это является самым слабым местом фильма.  Голливудская технология блокбастера принципиально подменяет главную идею Вечного  Искусства – идею борьбы Добра и Зла в душе человека убогой подделкой – битвой супергероя за личную правду, сражением с инопланетным нашествием или прочей туфтой, предназначенной для того, чтобы отвлечь человека от  честного  взгляда внутрь себя самого. Дополнительно по восприятию зрителя бьют еще и небывалые спецэффекты.
При  разборе фильма Ф.Бондарчука на белый свет выплывают именно подобные особенности  его работы.
Хотя начнем не с этого, а с выбора места действия  картины.  Опять  мы видим Сталинград  и некое подобие  «дома Павлова», будто в истории Великой Отечественной войны не было других героических эпизодов.  Как-то дискомфортно смотреть  «Сталинград», в котором перепевается мотив только что прошедшей ленты  С.Урсуляка.  В истории  Сталинградской битвы героических эпизодов более, чем достаточно. Но мы видим себя снова в обороняемом доме, ожидая уже хорошо известного  развития событий.  Правда, в отличие от работы С.Урсуляка перед нами  разворачивается  широкое полотно разрушенного города, насыщенное спецэффектами в «три Д». Здесь и воздушные налеты и ночная атака горящих пехотинцев и пожары во весь экран.
Но вот  чудо – в захваченном  нашими разведчиками доме и вокруг него все относительно спокойно.  Главная вводная фильма – дом стратегически важен как для немецкой, так и для советской стороны, никак не подтверждается действием. Для немцев взятие дома означает прорыв к Волге. Для русских – его оборона означает – не пустить врага к реке. Но что происходит на экране?
Практически на протяжении всей ленты вокруг дома копошится  неполный взвод  вермахта с  поломанной танковой пушкой, которым почему-то командует капитан, хотя взвод  всегда возглавляет либо лейтенант, либо унтерофицер. Взвод ремонтирует пушку, зачищает «местность», борется со вшами, а капитан крутит роман с внезапно полюбившей его русской  девушкой.  Немцы производят впечатление не столько ожесточенно наступающей армии, сколько толпы « окруженцев».
Хуже того, в расположении этого взвода почему-то болтается полковник (по немецкому тексту oberstleutenant —  подполковник), хотя его дело возглавлять полк с  целой тысячей солдат и военной техникой.  Но этот  старший начальник ничего не возглавляет, а шляется по развалинам в поисках непорядка и третирует капитана за его  несоответствие  доктрине фюрера, хотя  отказать капитану в зверстве довольно сложно. В любом случае,  авторы сценария не рисуют  никакого  напора фашистов на дом, а   обозначают  эту тему в основном разговорами между капитаном и полковником.  Единственный  боевой  эпизод  этого периода – внезапная атака советских солдат, шокированных сожжением   немцами матери и девочки предположительно еврейского происхождения.
Для того, чтобы понять, насколько созданная  Ф.Бондарчуком  обстановка  далека от реальности, следует просто заглянуть в хронику Сталинградской битвы. Это хроника изматывающих, не прекращающихся боев  за каждую пядь земли на берегу Волги, в которых командование немцев   делало все  возможное, чтобы  захватить линию реки. Таков был приказ фюрера. Каждый участник тех боевых действий свидетельствует: это был ад.  Такого  ада в фильме нет.
Но и советское командование в фильме не обращает никакого внимания на защитников дома, и похоже, ему наплевать, возьмут немцы дом или нет. Во всяком случае, Ф.Бондарчук не  занимается такими мелочами.   Его  герои живут  в доме своей жизнью, не общаясь со штабом, не ждут подкрепления, питаются духом святым и справляют день рождения оказавшейся среди них девушки.
Можно понять, почему  сценаристы  устроили  такое затишье в доме и вокруг него. На фоне ожесточенных боев непросто нарисовать целых две любовных интриги, обозначенных в фильме.   В результате главное время ленты отдается как раз этой теме. Почему бы и нет? Тема эта  вполне  жизненна, правомерна и постоянно поднимается на   военном материале. Вопрос только в том, как она поднимается.
Зачем в фильм введена любовная интрига советской девушки и немецкого офицера?  Если  основополагающий закон любого творчества, за исключением  маргинального, заключается в типологии, узнаваемости   образа, то кого зритель  должен узнавать  в женщине, которая сначала  хотела зарезать немца ножом, а после изнасилования  расцветает к нему  рабской любовью? Не просто к насильнику, а к фашисту, который считает ее  соотечественников  варварами и безжалостно их убивает?
Да, были во время войны женщины, отдававшие себя  немцам  за кусок хлеба,  работавшие в солдатских и офицерских публичных домах, но, согласитесь, это совсем другая история.
В этой сюжетной линии  просматривается  попытка  Ф.Бондарчука потрафить  сегодняшним  голливудским веяниям, соответственно которым фрейдизм придает  материалу особый «цимес».
Но   героическая тема  никак не  подходит для фрейдистских эксерсизов  режиссера  и ничего кроме непонимания и возмущения со стороны зрителя они  не вызовут.   Российский зритель не воспримет эту интригу как трагедию любви на фоне  войны. Он  абсолютно правомерно  будет считать ее развесистой клюквой, покрупнее михалковской «сестра, покажи сиськи».
Другой, весьма сомнительной доминантой фильма  является боевая мотивация его героев.  Оказывается, они защищают дом, потому что влюбились в его  одинокую обитательницу, и если ее  убьют,      «то они сломаются».  Так говорит их командир этой девушке.
Сложно определить, что это такое: фрейдизм или идиотизм, но это звучит с экрана, указывая лишь на одно: Федор Бондарчук в своем стремлении сделать Большое Кино  пошел по голливудскому пути – он не стал заглядывать в душу  защитников дома, а предложил зрителю  вариант для девочек в возрасте  полового созревания.  Между тем, именно  столкновение двух духовных цивилизаций в Сталинграде  подняло душу русского солдата до апостольских высот.  Душа эта продемонстрировала  свою  огромность, жертвенность, человечность. Эти бойцы не сломались бы, а стали еще тверже.
Стыдно  так мелко  вспахивать такую благодатную историческую почву!
Не случайно интернет  полон глумливых отзывов о  фильме, хотя  основные каналы  ТВ вложили уйму  средств в его рекламу.
И наконец, следует сказать о проблеме достоверности исторического материала. Многочисленные фильмы о войне, особенно телевизионные сериалы, пестрят искажениями  реальных фактов, не говоря уже о полном незнании материально-технической части. Складывается впечатление, что на них не приглашают военных консультантов, либо эти консультанты давно потеряли контакт с действительностью. В результате на экранах носятся фанерные танки неизвестных марок,   герои щеголяют в экзотических униформах  и разговаривают на языке   московских ночных клубов.
Оказался не без греха и Федор Бондарчук.  Начнем с того, что в «прикол по-михалковски» — стрельба осколочно-фугасным снарядом  «от борта в лузу» является плодом больной фантазии, о чем скажет любой специалист, знакомый с основами баллистики. Осколочно-фугасный (о нем говорится в начале фильма) должен был взорваться от удара о борт танка.
Появление же  «тигров» в Сталинграде  вызовет улыбку у любого студента, читавшего  материалы о войне.  Ф.Бондарчуку эти  танки понадобились, чтобы разрушить обороняемый дом. Они палили по нему из своих орудий (на самом деле «тигры имели мощные 80-мм. пушки) и на глазах зрителя дом разваливался на части.
Но производство «тигров» началось только в 1943 году,  и они  впервые появились лишь на  Курской дуге.  Что было делать режиссеру, коли другие немецкие  танки (Т-3, Т-4) штурмовых  орудий не имели и причинить старинному  дому реального ущерба не могли? Пришлось  вызывать из небытия  бронированных монстров нового поколения.
Перечень таких огрехов довольно велик и все это  вызывает вопрос: не пора ли на уровне министерства культуры РФ образовать какую-то военно-экспертную комиссию, которая  делала бы предварительный анализ  снимаемого материала на предмет его соответствия реалиям войны?
Ведь мы являемся свидетелями того, что на большом экране  настоящая  история Великой Отечественной войны  скрывается  за поворотом, а на ее месте вырастают михалковские «симулякры», от которых  недалеко ушла и работа Ф.Бондарчука.
В целом же  хочется сказать следующее:
Военная тема не под силу  выходцам из советской и российской  «золотой молодежи». Их тусовочный генезис не позволяет им   услышать утробный стон страдальца-народа, будь то мирное время, будь то война. Пусть снимают «Обитаемые острова» и прочую  муру для недоразвитых тинэйджеров.
Ф.Бондарчук как-то сказал, что до сих пор соревнуется со своим отцом.
Зря он так думает. Никто его рядом с отцом не ставит, потому что работы  Сергея Бондарчука находятся  для него на недосягаемой высоте. Этот  творец выстрадал свою эпоху вместе с народом.

Рейтинг 4.75 из 5

Комментарии к статье

Автор комментария: Сергей Алексеевич   25.10.2013 22:09

Именно так! Вызывает большое сожаление, перерастающее в брезгливость, что дети отцов-патриотов, художников мирового уровня, снискавших уважение и любовь, прежде всего, трудящихся, выросли жалкими подражателями голливудского, низкопробного кино. Они позорят своих отцов, и объясняется это их ярым антисоветизмом.

Автор комментария: Сергей Алексеевич   31.10.2013 17:23

Так как в статье затронута (и совершенно правильно) тема «достоверности исторического материала» в фильме, не могу не сказать о досадных (для меня) неточностях, допущенных автором.
В частности, впервые танки «Тигр» (Т-6)приняли участие в боях (дебют был весьма неудачным) у станции Мгда под Ленинградом в конце лета 1942 года. Есть сведения (за их точность не ручаюсь) об участии нескольких «Тигров» в прорыве Манштейна в январе 1943 года к Сталинграду. «Тигр» был вооружен мощной полуавтоматической зенитной пушкой калибра 88 мм.

Все поля обязательны для заполнения

Оставить комментарий


Оставить комментарий Очистить