Ни для кого не секрет, что многие республики бывшего Советского Союза вот уже в течение почти двух десятков лет пытаются утвердиться в мировом сообществе путём пересмотра истории XX века, пересмотра ключевых для нашей страны событий. Пытаются повысить свой статус не политическими и социально-экономическими преобразованиями, не путём интеграции в мировое сообщество в качестве развитых, цивилизованных самостоятельных государств, а путём критики, зачастую безосновательной, советского прошлого, путём критики действий советского руководства в очень тяжёлый период между двумя мировыми войнами, а так же в период Великой Отечественной войны (1941-1945). Пытаются показать себя и свою историю отдельно от истории Советского Союза, отдельно от тех событий, которые являются общими для наших народов.
Попытки сделать национальными героями предателей, воевавших на стороне фашистской Германии, негативное отношение к русскому языку и антироссийская политика используются лишь для того, чтобы западные страны, во главе с США, увидели в этой беспринципной лжи и подлости стремление отдалиться от России. Такими действиями не гнушается политическое руководство в Украине, Грузии и в Прибалтийских республиках.
Ещё одним шагом на этом пути является утверждение памятных дат и праздников, которые показывают «нелёгкую судьбу» народов, не по своей воле оказавшихся «пленниками» в большой семье Советского Союза. Создание праздников, посвящённых независимости от ненавистного для этих государств большого брата под названием Россия, а так же отказ от праздников, которые связывают эти республики с нашим государством и с нашей общей историей, так же являются действиями, характеризующими негативное отношение к России.
В этой связи очень знаменательным является месяц ноябрь. Помимо того, что именно в этом месяце празднуется День независимости Латвии (18 ноября), именно на ноябрь приходятся три весьма националистических праздника, которые отмечают жители Украины: День украинской письменности и языка (9 ноября), День Свободы Украины (22 ноября) и День памяти жертв голодомора и политических репрессий в Украине (28 ноября).
Всё это не случайно, ведь именно в ноябре Советский Союз праздновал знаменательную дату 7 ноября, «Годовщину Великой октябрьской социалистической революции» – событие, которое является ключевым в истории России в XX веке. И потому как это событие связывает все народы бывшего Советского Союза, именно его пытаются стереть их памяти людей многие республики на постсоветском пространстве, заменив его новыми праздниками или вовсе удалив из календаря, как праздничную дату.
Встаёт серьёзнейший вопрос: «Почему наше российское руководство занимается тем же самым? С какой целью праздник 7 ноября был заменён «Днём народного единства»?!» Мотивы антироссийски настроенного политического руководства республик бывшего Советского Союза были рассмотрены выше, а какова же цель российского руководства? Попытаемся проникнуть в истинные, на мой взгляд, мотивы политической элиты России.
7 ноября 1996 года указом президента России прежнее название праздника – «Годовщина Великой октябрьской социалистической революции» – было заменено на новое – «День согласия и примирения». Это был политический ход, официальной целью которого было «смягчение противостояния и примирения различных слоев российского общества».
Новый праздник мало способствовал этому примирению, потому как у старшего и у большей части среднего поколения этот день всё равно ассоциировался со старым советским Днём 7 ноября. Более того, новое название праздника не прижилось среди населения нашей страны.
В связи с этим, на мой взгляд, современное российское руководство пошло на следующий шаг, которым и стало создание «Дня народного единства». Они не стали совсем убирать праздник 7 ноября, потому как очень большая часть населения страны ассоциирует его с советским прошлым, и для нее это прошлое предпочтительней, нежели российское настоящее. Они сделали проще, заменив историческое обоснование этого праздника. Вся шумиха в СМИ по поводу его создания была задумана для того, чтобы мягко, но наглядно показать населению, что «День народного единства» никак не связан со старым советским праздником. На скорую руку состряпав красивое историческое обоснование новому празднику и сняв фильм о событиях 1612 года, наше руководство решило, что сделало очень большое дело в плане консолидации российского общества.
Надо сказать, что подобные действия мы наблюдаем в течение последних 9 лет. Не хочу сказать, что за это время не было сделано ничего существенного по восстановлению России, но всё же красивые слова с телеэкрана преобладали над эффективными действиями. Вот и с созданием нового праздника та же ситуация: в наличии серьёзная проблема в расколе ценностных ориентаций нашего общества, а всё, что сделала политическая элита России, – создало праздник в честь несуществующего единства.
Но меня заинтересовал вопрос: «Почему российское руководство пытается стереть из памяти людей истинное значение праздника 7 ноября? Чего так боится современная российская власть?» Попробуем разобраться в этом вопросе.
Итак, что мы имеем? Во-первых, есть проблема – явный раскол общества во взгляде на современную политическую, экономическую, культурную действительность, раскол в ценностных ориентациях. При этом раскол не только по горизонтали, то есть в самом обществе между разными поколениями, но и по вертикали, то есть раскол между политической и экономической элитой и самим обществом.
Во-вторых, отсутствие реальных действий нашего руководства по решению этой проблемы.
В-третьих, «притянутый за уши» праздник, призванный замаскировать нерешённую проблему под маской «народного торжества»: ведь большинство россиян рассматривают 4 ноября не как национальный праздник, а как дополнительный выходной.
Но почему именно этому празднику уделили такое большое внимание? Ведь можно было утвердить для «Дня народного единства» какой-то другой день, оставив 7 ноября как «День согласия и примирения». Чем же так не угодил правящей элите уже существующий праздник? Ответ, как мне кажется, прост: 7 ноября – это память не только о советском прошлом, но и о событии, которое является переломным в истории России.
Это память о том, как правящие круги не смогли удержать государство в очень нелёгкий период Первой мировой войны. Память о том, как русский народ, ведомый новой политической силой, показал: Россия – это не Император на престоле, Россия – это не Временное правительство, оторванное от общества, Россия – это русский народ.
Эта память никак не способствует примирению российского общества и правящей элиты. И эта элита, оторванная от нужд общества, боится даже малейшей возможности повторения событий вековой давности. Поэтому и пытается стереть память о значении Октябрьской революции. А если так, то на чём основан этот страх, реальны ли опасения Кремля? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно сравнить обстановку в России и мире перед революцией 1917 года и обстановку на сегодняшний день.
К началу Первой мировой войны руководство Российской Империи совершало ошибку за ошибкой в вопросах внутренней и внешней политики. Неспособность трезво оценивать обстановку, делать правильные выводы и принимать эффективные решения проявлялась как в мирный период с 1907 по 1914 год, так и в кризисные периоды Русско-Японской войны (1904 – 1905), Первой Русской революции (1905 – 1907) и Первой мировой войны. Экономика России отставала от экономики большинства стран индустриальной Европы, она не могла обеспечить нужды общества и государства. В этой ситуации вполне закономерным стало свержение власти, неспособной управлять таким огромным государством.
Какова же обстановка в России сегодня? Прошло не так много времени после событий 90-х годов XX века, когда наше государство, экономическая система находились в кризисном, полуразрушенном состоянии. Бандитские 90-е, две чеченские кампании оставили горький осадок в умах россиян, усилились разногласия между поколениями, разногласия между слоями общества, недовольство политикой Ельцинской команды выражало большинство населения страны.
В целом ситуация похожа на обстановку начала века. Но действия новой команды, пришедшей к власти в 2000 году, смогли пусть и не полностью, но всё же выправить сложную ситуацию в экономике, в определённой степени централизировать власть. Эти действия привели к положительной реакции российского общества. Население увидело в новом руководстве страны силу, способную возродить Россию.
В последующие же годы эффективные действия сменились красивыми патриотичными речами с трибун и телеэкранов. Инициатива правящей элиты становилась всё ниже и ниже, а попытки решения насущных проблем утопали в бюрократической волоките администрации и набирающей обороты коррупции в органах власти. Всё это не ускользнуло от внимания общества, доверие которого к власти неуклонно снижалось.
Политическое руководство не могло этого не заметить. В связи с этим, по моему мнению, и было принято решение ликвидировать праздник 7 ноября, чтобы молодое поколение всё меньше и меньше приобщалось к идеям, которые олицетворял этот праздник. Но в то же время нельзя было совсем убрать этот день, потому как недовольства среди старшего и части среднего поколения могли ещё больше возрасти. Поэтому было принято решение о создании нового праздника, который стал преемником «Дня согласия и примирения», поменяв лишь дату праздника (с 7 на 4 ноября) и его историческое обоснование.
Следовательно, российская власть боится праздника 7 ноября, боится его идей, боится повторения события начала века. А ведь основания для страха действительно есть, и вопрос о том, почему правящая элита не пытается решить проблему разногласий в обществе, а занимается форменным популизмом, остаётся открытым.
При этом ситуация за последние три года становилась всё хуже и хуже. Налицо громкие речи с трибун, ежегодные президентские послания и отсутствие эффективных действий по решению злободневных проблем.
Очень сильно осложнил ситуацию мировой экономический кризис, поставивший под удар слабую, всё ещё не стабильную экономику России. Массовые увольнения в начале 2009 года, закрытие предприятий, пришедшая вслед за этим безработица ещё больше подорвали доверие к власти. От восторженных речей в адрес политического руководства практически не осталось следа.
Обстановка всё больше и больше подталкивает к мыслям о возможном кризисе власти и общества, к мыслям о неспособности власти поддерживать стабильность в государстве.
Хотя возможность повторения событий начала века, по моему мнению, не представляется возможной в ближайшее десятилетие. Потому что, во-первых, современное российское общество – это свободные люди, а не та крестьянская закабалённая масса, которая составляла основу населения Российской Империи в начале XX века, а во-вторых, нет той политической силы, которая могла бы пошатнуть фундамент современной политической и экономической элиты и взять бразды правления в свои руки.
Так сколько же ещё времени нужно руководству нашей страны, чтобы правильно оценить ситуацию в государстве и начать принимать эффективные действия по решению насущных проблем российского общества? Как уже отмечалось выше, ответ мы увидим в ближайшее десятилетие.