Дмитрий ТАБАЧНИК. Дипломатия «целовального» обряда

Автор: Администратор   05.08.2008   Рейтинг: 3,0  

Князя Бисмарка во время пребывания в должности посланника в Санкт-Петербурге впечатлила сила традиции в аппарате государственного управления России. Увидев часового посреди дворцового сада, он поинтересовался, что здесь охраняют. Ответ поразил будущего “железного канцлера” – Екатерина II во время прогулки поставила гренадера, чтобы он не дал сорвать первый подснежник.

И за последующие царствования никто приказа императрицы за сто лет не отменил, хотя никаких подснежников несколько десятилетий на том месте и в помине не было.

В наибольшей степени инерция традиции в Российской империи, как и в других странах, проявлялась в дипломатической службе. Преемственность возобновилась даже через десятилетия советской власти и многие начинания и оценки в украинском векторе российской дипломатии ментально берут начало еще со времени графа Нессельроде.

После Крымской и особенно русско-турецкой 1877-1878 годов войн среди русского офицерства и генералитета распространилось мнение о неэффективности отечественной дипломатии. Ее обвиняли в бездействии в защите национальных интересов и сдаче побед русского оружия за столом переговоров. Действительно, в прошлое ушла блестящая дипломатия Екатерины Великой, плодами которой страна пользовалась еще долгие годы. Дипломатия, прежде всего, активная, находившая возможности влияния в каждом государстве в интересах России. На смену ей постепенно пришла бюрократическая дипломатия, принявшая законченную форму при Нессельроде. Дипломатия заформализованная, пассивная, ограничивавшаяся исполнением сугубо протокольных и церемониальных функций. Особенно неудачен был проводившийся подбор дипломатических представителей – за немногими исключениями они, в лучшем случае, бездействовали, в худшем — фактически работали в интересах иностранных государств. Российские дипломаты совершенно не пытались воздействовать на международную политику стран пребывания, иногда даже поддерживали не дружественных России политиков и партии, а русофобских деятелей. На основании дипломатических донесений, превратно представлявших положение, в Петербурге принимались ошибочные решения, что приводило в будущем к тяжелым и даже трагическим последствиям.

Результат подобной деятельности стал вполне закономерен: перед Крымской войной Лондон сумел создать мощную коалицию против России, а в ходе самой войны империя оказалась во враждебном окружении, и Николай I был вынужден направить значительные воинские контингенты на западную границу.

Ситуация начала меняться при новом руководителе внешней политике князе Горчакове, проводившем в целом последовательный и выверенный внешнеполитический курс, но не сумевшем полностью обновить дипломатический корпус. Трудно было снимать послов и посланников, каждый из которых имел связи при дворе. При попытке отправить в отставку не справлявшегося со своими обязанностями высокопоставленного дипломата за последнего вступались влиятельные царедворцы, и для решения вопроса требовался личный доклад государственного канцлера Александру II.

Особенно негативно в последующем, вплоть до 1917 года, сказалась так и не измененная практика по назначению в ключевые европейские столицы дипломатов, чувствовавших себя независимо от указаний центра и проводивших собственную политику или вообще ничего не делавших. Одной из весомых причин втягивания России в Первую мировую войну, в которой союзники по Антанте готовы были доблестно сражаться до последнего русского солдата, стало назначение послом в Париж бывшего министра иностранных дел Извольского.

Экс-главу российской внешней политики легко обманул его австро-венгерский коллега граф Эренталь во время встречи в Бухлау в 1908 году. В результате достигнутых договоренностей Вена аннексировала территорию Боснии и Герцеговины, что привело к окончательному утверждению гегемонии габсбургской монархии на Балканах. После скандального провала Извольский испытывал личную ненависть к Центральным державам, на чем и основывались все дальнейшие шаги посла. Игнорируя официальную, достаточно сдержанную линию, он сделал все возможное, чтобы Россия в интересах Франции ввязалась в ненужное ей противостояние европейских держав. Министерство ничего не могло поделать с не в меру ретивым послом. Министерство Извольский попр

Рейтинг 3.00 из 5
Рубрика: Политика
Все поля обязательны для заполнения

Оставить комментарий


Оставить комментарий Очистить