Новости о радикальном обновлении губернаторского корпуса регулярно появляются в сообщениях СМИ, приобретающих порой оттенок сенсационности. Мысли о том, что Кремль якобы готовит отставку наиболее заметных представителей губернаторского корпуса еще прежнего, ельцинского "призыва", стали занимать умы журналистов и политологов после волны слухов о предстоящей отставке главы Подмосковья Бориса Громова с последующим переводом его на должность посла РФ в Киеве. Слухи эти стали активно циркулировать еще до того, как они впервые просочились в прессу, однако и сам Громов, и МИД России категорически их опровергают, называя сплетнями.

Впрочем, все эти опровержения слухов о скорой отставке Громова не прекратили. Более того, в числе кандидатов "на вылет" назывались и продолжают называться главы таких ключевых регионов, как Татарстан и Башкортостан (назначение нового главы местного МВД явно не сделало жизнь башкирской элиты более спокойной), Свердловская область и Москва. Как известно, всего из действующих в России 83 губернаторов 52 человека (то есть практически две трети всего губернаторского корпуса) ранее были избраны по старой системе, то есть победили на прямых выборах. Разговоры о том, что эта система была не так уж и плоха, периодически возникают, причем отнюдь не в среде политических маргиналов, до сих пор считающих "благословенные" 90-е годы "золотым веком российской демократии"…

Представляется, что недавнее предупреждение президента России главам регионов придавало сведениям о грядущей радикальной чистке губернаторского корпуса некоторый оттенок правдоподобия. Напомним, что отвечая 18 ноября на вопрос о возможности возвращения к институту выборности губернаторов, Дмитрий Медведев неожиданно жестко ответил: "Считаю, что та система наделения полномочиями губернаторов, которая есть сегодня, является оптимальной… на сегодняшний момент и на ближайшее будущее эта система является оптимальной и единственно возможной. И её пересмотр не только нереален, но и недопустим. Если же об этом говорят главы субъектов Федерации, то, конечно, они имеют право рассуждать, но они не частные лица. Если их что-то не устраивает в нынешней процедуре наделения полномочиями, они могут подать мне заявление об увольнении". Столь жесткие формулировки позволяют предположить, что федеральный центр видит в подобных разговорах достаточно серьезную опасность для экономического и, возможно, политического единства России в период реализации объявленных президентом и премьер-министром антикризисных мер. В том, что торговаться с региональными элитами в Кремле не намерены, убеждает и заявление неназванного представителя администрации президента, последовавшее 17 декабря. По его мнению, федеральные власти категорически против того, чтобы увязывать конституционные поправки относительно увеличения срока президентских полномочий с нынешних четырех до шести лет с аналогичным желанием губернаторов.

Большая часть сведений о грядущих отставках и новых назначениях к настоящему времени официально не подтверждается, однако сказать, что в 2008 году в стане российских губернаторов царили тишь да гладь, также было бы неправильно.

Ранее замена лидеров была произведена в дух северокавказских республиках – Ингушетии и Карачаево-Черкессии. Следует отметить, что в обоих случаях к власти были приведены люди, далекие от местных политических элит – кадровый военный Юнус-бек Евкуров и бывший судья Конституционного Суда Борис Эбзеев. Интересно отметить, что одной из наиболее веский причин замены Мустафы Батдыева на Бориса Эбзеева стал фактический коллапс муниципальной власти в столице республики Черкесске, а сейчас аналогичная ситуация складывается и в Северной Осетии. Бывший лидер Союза правых сил и активный участник "маршей несогласных" Никита Белых приступил к исполнению обязанностей губернатора Кировской области, а в Республике Хакасия Алексея Лебедя с 15 января 2009 года сменит Виктор Зимин. Политический кризис в Республики Тыва, вызванный острым противостоянием главы региона с местным парламентом, достиг своего апогея и, видимо, федеральному центру придется его решать уже в ближайшее время. Новых и, возможно, весьма неожиданных перестановок можно ожидать и в некоторых других субъектах Российской Федерации.

Казалось бы, все произведенные кадровые решения и назначения лиш
ены общей логики. Однако, если мы присмотримся повнимательнее, то убедимся, что определенная логика все же существует. Уход Бориса Громова с поста губернатора Московской области может придать "второе дыхание" старой идее объединения Москвы и Московской области в единый субъект Федерации, сторонником которой является, в частности, мэр Москвы Юрий Лужков – в настоящее время, как известно, отношения Москвы и Московской области отягощены некоторыми разногласиями. Что касается Северного Кавказа с его немалым конфликтогенным потенциалом, то в условиях нестабильной экономической ситуации необходимо развитие собственной промышленной инфраструктуры вкупе с дополнительными гарантиями от недовольства населения и шантажа со стороны руководства национальных республик. Неслучайно новый президент Ингушетии объявил одним из своих приоритетов развитие нефтяного комплекса республики. В случае же с представлением некогда непримиримого оппозиционера Никиты Белых на должность губернатора Кировской области, видимо, не в последнюю очередь преследовались цели ослабления радикальной оппозиции. Не исключено, что она может попытаться, используя нарастающее социальное недовольство (пристальное внимание к нему наблюдается и со стороны западной прессы), набрать дополнительные политические очки. Вовсе не случайно "оппортунизм" Белых вызвал столь резкие комментарии со стороны его бывших соратников по "маршам несогласных", которые вряд ли оставят свои попытки "оседлать" протестные настроения.

Участники стихийных протестов во Владивостоке, формальным поводом для которых стало повышение таможенных пошлин на подержанные иномарки, уже выдвигали самые разнообразные требования, включая отставку местного губернатора. Очевидно, что этим процессом надо как-то управлять, пытаясь по мере возможности переводить его в русло конструктивного диалога. Задействование ОМОНа с дубинками, как это случилось во Владивостоке, способно только озлобить людей и радикализовать претесные настроения. Механизм, в соответствии с которым, скажем, требования о прекращении строительства "газпромовской" башни в Петербурге в течение пары часов трансформируются в лозунги отставки местной и федеральной власти, а протест против повышения цен и массовых увольнений перерастает в массовые беспорядки, слишком хорошо известен. Вряд ли стоит наступать на те же грабли именно там, где на них наступать ни в коем случае нельзя. Достаточно любой нелепой случайности либо осознанной провокации и последствия могут быть малопредсказуемыми – в этом мы совсем недавно убедились, наблюдая за событиями в Афинах. После нескольких лет относительно спокойной жизни и убаюкивающих заявлений о достижении полной и абсолютной стабильности приходит время, когда для сохранения этой самой стабильности придется предпринимать определенные действия, в том числе, используя механизмы "ручного управления" как в отдельных регионах, так и в стране в целом.

В каждом конкретном случае того или иного кадрового решения в том или ином субъекте Федерации наверняка имеют место и свои конкретные расчеты, местная специфика, и более широкий, "федеральный", контекст. Это относится не только к случаю Никиты Белых, которого таким образом выдергивают из московской оппозиционной тусовки, одновременно давая возможность применить свои административные таланты. Ситуация в Ингушетии, которую лихорадило в 2008 году, и в других республиках Северного Кавказа по-прежнему имеет приоритетное значение¸ равно как и в Тыве и других российских регионах, интерес к которым со стороны наших заокеанских "партнеров" виден невооруженным глазом.

Не вдаваясь в теоретические споры, отметим, что Россия до сих пор является по сути дела ассиметричной федерацией, и это само по себе создает определенные риски для государственного устройства, особенно в кризисных ситуациях. Как представляется, противоречия между федеративной системой и составляющими ее субъектами по поводу единства и разделения государственной власти в России, являют собой родовую черту отечественной модели федерализма, закрепленной Конституцией 1993 года и предполагающей высокий уровень децентрализации государственной власти. Поэтому реформа федеративных отношений, начатая в России с 2001 года, если и не предполагает кардинальных изменений Конституции, то уж точно требует "тонкой настройки", в том числе, и посредством кадровых назначен