Глава правительства назвал серьезной проблемой современной российской литературы падение интереса к книгам и небольшое количество произведений, доходящее до жителей малых городов и российской глубинки. «В стране книги не читают до 40% взрослых россиян, а в юношеской, молодежной среде дела обстоят еще хуже», – привёл он устаревшие цифры.

По праву старейшины литературного цеха первым взял слово Валентин Распутин, который горько признал: «Государство ничего не делает для того, чтобы вспомнить о литературе. А нужно делать, если мы хотим вернуть нравственность, любовь к Родине, чтобы вернуть народ. Потому что сейчас не стало народа, осталось только население…» Этот самый главный упрёк остался без ответа. Остальное – дискутировалось. Автор «Прощания с Матёрой» попросил помочь гибнущим, уходящим в пучину рынка «толстым» журналам – уникальному явлению именно русской культуры. Путин с этими опасениями согласился, обещал бюджетную поддержку, но заметил, что резкое увеличение тиражей потребует от «толстых» журналов более серьёзного, качественного и ответственного «контента», предлагаемого читателям. Зачем эти словечки: «бренд» русской классики вместо славы и «контент» вместо содержания – совершенно неясно. И потом, какие журналы поддерживать? Лидером по реальной читательской подписке является «Наш современник», он – лицо традиционной литературы, но нынешний «Новый мир», особенно по разделу поэзии (а он ею славился), – в основном  является «лицом» главного редактора Василевского, его жены-поэтессы и члена редколлегии Кублановского. Один критик в «ЛГ» просто физически подсчитал, сколько раз они себя опубликовали за последние годы.

Прежде-то журналы являлись органами Союза писателей, был творческий контроль, критика, литературная политика и палитра. Теперь – кто чего успел застолбить, а то и урвать. Так что дело не в «контенте», а во всём культурно-творческом устройстве и упадке. Потому-то главный редактор «ЛГ» Юрий Поляков от имени всех деятелей культуры попросил Путина вернуться к рассмотрению закона о творческих союзах, который вот уже 15 лет никак не выберется из трясины согласований. Нельзя отдавать всё на волю стихий и политиканства. Ведь расколы в союзах – от рвачества, тщеславия, комфортности. В Москве две писательские организации – почему? По идейным соображениям? Чушь полная. С покойным руководителем «противоположного» Союза писателей Риммой Казаковой мы дружили, с нынешним – Евгением Сидоровым мы сидели в Литинституте на защите диссертации и спокойно беседовали, сходясь даже на политических оценках. Союз должен быть один и подзаконен, а секции по интересам – создавайте! Увы…

Поэтесса Олеся Николаева произнесла страстный монолог о том, что русская литература – код нации, ключ к пониманию русского человека. Как преподавательница Литинститута она с ужасом видит, что приходит поколение, которое просто не понимает, почему замужняя Татьяна не отдалась встреченному Онегину и чего там мучился Раскольников, вместо того чтобы тратить старушкины «бабки». Даже автор детективов – Татьяна Устинова, заговорив о преподавании литературы и ЕГЭ, потребовала от премьера немедленного увольнения министра Фурсенко. Ну всех достал этот непотопляемый питерец! Однако Путин отнёсся к этой идее без особого энтузиазма.

Те временем после всех больных и литературных вопросов вылез ведущий программы «Тем временем» Александр Архангельский, который задал «насущный» для культуры вопрос: почему никак не помилуют Ходорковского и Пичугина? Его горячо подхватили все либеральные СМИ, но ни одна газета и радиоголос не привели, может быть, самый удачный ответ Путина: мол, вас тревожит участь людей, замешанных в организации заказных убийств? Допустим. А почему бы вам не озаботиться также судьбами погибших, их осиротевших семей? Да, конечно, помиловать можно даже тех, кто повинен в тяжких преступлениях. Но закон конкретен: для помилования необходимо, чтобы преступники признали свою вину и раскаялись. Но как раз этого они делать не собираются. Что возразить? – Архангельский и не возражал, но волна была пущена.

Самый подробный отчёт дала, понятно, «Литературная газета», но в первом же отклике на эту полосу читатель Леонид Агеев подавленно написал: «Ведь нужно понимать отчетливо: не устранив фундаментальные, основополагающие негативные явления в стране, невозможно исправить частности, вытекающие из такого положения. Поэтому разговоры о частностях в наше время, какими бы важными, с точки зрения отдельных писателей, они ни были, есть разговоры в никуда, в пустоту, которые затушевывают проблему и приносят более вреда, чем пользы. Из такого разговора лидер страны понял только одно, что избранный им курс абсолютно верен, менять ничего не нужно и что «инженеров человеческих душ» волнуют только жизненные мелочи, каким-то образом затрагивающие их интересы. Грустно все это…»  У многих осталось такое чувство. В таком составе писатели в вечевой колокол – не ударили, авторитет литературы – не укрепили!

Правда, многие считают, что литература теряет свои позиции во всём мире. Так «Аргументы и факты» дали интервью с издателем Никитой Струве – «внуком самого известного оппонента Ленина»,  как с придыханием дважды подчеркнула газета. Ну и кто сегодня вспоминает Петра Струве, а Ленина все мировые опросы называют главным политиком ХХ века. Вот и внучок признал: «Сейчас идёт литературный спад во всём мире. Трудно назвать какого-нибудь достойного российского писателя в возрасте 40-50 лет, но также я не могу выделить ни одного крупного явления и в литературе Франции». Не могу судить о французской литературе, а про Россию замечу: «Не с теми общаетесь, г-н Струве: среди бывших диссидентов, а нынешних русофобов – впрямь не найдёте достойного!» Но дальше-то потомок эмигрантов решил порулить нашими культурными процессами: «К тому же, если говорить только о России, советский режим уничтожил огромный пласт российской культуры… Сейчас мы действуем от противного: пытаемся убрать из нашей жизни советскую культуру и возродить то, что убила советская власть». Кто это «мы» и зачем убирать культуру, которая дала Шолохова и Твардовского, Пластова и Свиридова? Противно даже читать: мы действуем от противного… Займитесь своими делами и не трогайте то, что добровольно отринули.

После встречи с русскими писателями разного происхождения премьер Путин на заседании правительства снова вернулся к обсуждённым проблемам, предложил увеличить количество Государственных премий в области литературы, поднять финансирование издательских грантов с 25 до 50 миллионов рублей (крохи, которые распределяются к тому же закрытым экспертным советом при Роспечати), наконец, поддержать «толстые» журналы – в какой форме и по какому принципу не уточнялось. Конечно, это не кардинальная поддержка той литературы, которая делает из населения – нацию. Впрочем, она никогда от власти особых благ и не ждала – перестали бы госструктуры и СМИ поддерживать разрушительное чтиво…

В заключение этих раздумий хочу привести слова выдающегося русского философа Алексея Лосева, который много лет провёл в лагерях, потом был тайным монахом, но при всех своих трагедиях и столкновениях с государством твёрдо отделял власть от высокого понятия Родины: «Повторяю: или есть что-нибудь над нами родное, великое, светлое, общее для всех, интимно-интимно наше, внутреннейше наше, насущно и неизбывно наше, то есть Родина, или — жизнь наша бессмысленна».

 Что тут добавить русскому литератору – искателю смысла жизни?