Как Лаврентий Берия вышел из доверия

Автор: Администратор   03.07.2013   Рейтинг: 4,3  

60 лет назад в истории СССР произошло беспрецедентное событие
26 июня 1953 года в Кремле на заседании Президиума Совета министров СССР был арестован первый заместитель Председателя Совета Министров, министр внутренних дел СССР, Маршал Советского Союза Лаврентий Павлович Берия. Свое положение второго лица в советском государстве Берия занял всего 113 дней назад.
Представитель «основного, проверенного слоя членов партии» Лаврентий Берия родился в селе Мерхеули Сухумского округа Тифлисской губернии в 1899 г. Родители Берии принадлежали к мингрельской народности Грузии. Помимо начальной школы, он окончил среднее механико-строительное училище. В большевистскую партию он вступил уже после Октябрьской революции, в 1919 году, в то время в Баку, где он жил, партия находилась в подполье.
Как Маленков, Булганин, Хрущев и ряд других партийных руководителей 1953 года, Берия принадлежал к тому поколению партийных руководителей, которые вступили в партию до 1921 года. К середине 30-х годов эти люди составляли основную часть высших партийных руководителей. Выступая с докладом на XVII съезде партии, председатель мандатной комиссии Н.И. Ежов заявил: «Удельный вес подпольщиков и членов партии со стажем до 1920 года равняется всего лишь 10%, в то время как на съезде их присутствует 80%. Таким образом, за этим основным, проверенным слоем членов партии, прошедшем школу Гражданской войны, остается руководящая роль».
Ежов не сказал, что подавляющее большинство из этого «проверенного слоя» составляют люди, вступившие в партию после февраля 1917 г., а члены партии с дореволюционным стажем составляют в этом слое меньшинство. К началу Февральской революции в большевистской партии было всего 24 тысячи членов. Они прошли полицейские преследования, тюрьмы, ссылки, каторги. В подпольных кружках, тюрьмах, ссылках большевики упорно учили марксистскую теорию, занимались самообразованием, вели теоретические споры с меньшевиками, эсерами, анархистами. Но до февраля 1917 года они могли лишь мечтать о будущей революции.
С февраля по конец октября 1917 года в партию пришло около 300 тысяч новых членов. Еще 350 тысяч стали большевиками с ноября 1917 г. по декабрь 1920 г. Их уровень образования был, как правило, ниже, чем у большевиков-подпольщиков. В результате средняя образовательная подготовка членов партии стала лишь немногим выше среднероссийского уровня. Анкетирование членов партии в 1920 году показало, что 5% большевиков имело высшее образование и 8% — среднее. 3% анкетированных были неграмотны, Остальные (84%) имели «низшее», а также различные виды внешкольного образования. Берия, Булганин, Хрущев не имели высшего образования. Его имел только Маленков.
Их теоретическая подготовка, по сравнению с уровнем подпольщиков, была поверхностной. Однако, как и ветераны партии, большевики 1917 — 1920 гг. заняли командные позиции в управлении страны. То же анкетирование 1920 года показало, что по первоначальным профессиям 52% большевиков были рабочими, 18% — служащими, 15% — крестьянами, 14% — интеллигентами. Однако к моменту анкетирования на фабрично-заводских предприятиях работало лишь 11% членов партии, в торгово-промышленных предприятиях и профсоюзных кооперативах — 3%, в красноармейских частях и учреждениях — 27% (такой высокий процент объяснялся тем, что еще шла Гражданская война). Наибольшая доля (59%) приходилась на тех, кто работал в советских гражданских и партийных учреждениях. Получается, что в 1920 году по меньшей мере 80% бывших рабочих уже не работали на производстве. Почти никто из бывших крестьян не трудился на земле. Но они стали управленцами и оставались таковыми к середине 30-х годов.
Вступившие в партию в 1917-1920 гг. не владели иными методами управления, кроме тех, что были приняты в годы Гражданской войны и военного коммунизма. Они не знали, как дискутировать со своими идейно-политическими оппонентами, иначе как с помощью маузера.
Они привыкли командовать и приказывать, Уже в те годы кое-кто из ветеранов партии возмущался их упоением неограниченной властью. В марте 1919 г. заместитель наркома труда старый большевик В.П. Ногин признавал: «Мы получили такое бесконечное количество ужасающих фактов о пьянстве, разгуле, взяточничестве, разбое и безрассудных действиях со стороны многих работников, что просто волосы становились дыбом, когда мы слушали то, что нам рассказывали представители Чрезвычайных комиссий». Посетив Восточный фронт в ходе инспекционной поездке в начале 1919 г., И.В. Сталин и Ф.Э. Дзержинский писали, что «слово «комиссар» превратилось в ругательную кличку».
Хотя немало комиссаров и других руководителей наказывали за произвол, многих из них прощали, объясняя, что революцию нельзя делать в белых перчатках. Кроме того, учитывалось, что молодые начальники оказались на высоте положения в создании боеспособной Красной Армии. Они умели быстро решить казалось бы неразрешимые проблемы в условиях разрухи и энергично налаживать разоренное хозяйство. Одним из них был и Берия. Вскоре после установления советской власти в Баку он стал управляющим делами ЦК Компартии Азербайджана, а в 1921 г. стал заместителем председателя Азербайджанской ЧК. В декабре 1926 г. Берия был назначен председателем ГПУ Грузинской ССР, а с марта 1931 г. он уже председатель Закавказского ГПУ. С октября 1931 г. по август 1938 гг. Берия — 1-й секретарь ЦК КП(б) Грузии. (С октября 1932 г. он одновременно стал 1-м секретарем Закавказского крайкома партии).
Поэтому Берия принял активное участие в проведении коллективизации в Грузии и остальных республиках Закавказья. Как и повсюду, эта кампания сопровождалась применением суровых и жестоких методов, типичных для времен Гражданской войны.
В высшем эшелоне власти
Как и многие другие местные партийные руководители, Л.П. Берия с тревогой воспринял проект конституции СССР, по которому в стране вводились прямые, тайные и равные выборы. В своей статье, опубликованной в «Правде» 12 июня 1936 г., Берия писал: «Нет сомнения в том, что попытки использовать новую конституцию в своих контрреволюционных целях будут делать и все заядлые враги советской власти». Берия и другие руководители не были в восторге от отмены запрета на участие в выборах «кулаков» и других «классово чуждых элементов», что подтвердил Сталин в докладе 25 ноября 1936 года о проекте Конституции.
Представители «проверенного слоя» были еще более напуганы программой всеобщего переобучения всех партийных руководителей, которую выдвинул Сталин в марте 1937 г. на пленуме ЦК. Тогда и не раз до этого Сталин возмущался низким уровнем теоретической и общеобразовательной подготовки партийных руководителей. Он высмеивал их склонность подменять глубокий анализ текущих проблем пустой болтовней.
Не случайно вскоре Сталин полюбил комедию «Волга-Волга». В образе Бывалова Сталин увидел черты таких руководителей, от которых он хотел избавиться и заменить другими.
А ведь к этому времени в стране появились сотни тысяч коммунистов с высшим образованием, опытом работы на производстве и еще не зараженных начальнической спесью. Но на XVII съезде они составляли лишь 20% всех делегатов, и то, как правило, не занимавших значительные посты управления. На этих постах господствовали «бываловы».
Сталин потребовал, чтобы во время учебы всех партийных руководителей их заменили назначенные свыше заместители, которые потом также должны были пройти переобучение. Одновременно Сталин резко осудил практику клановости и семейственности, которая царила во многих органах партийной власти. Сталин потребовал проведения тайных выборов в партийных организациях и сказал, что эти меры будут отвечать духу только что принятой Конституции СССР.
Так как первоначально выборы собирались проводить с несколькими кандидатами на одно место, то по мере приближения дня выборов местные партийные руководители решили создать обстановку запугивания тех, кто мог бы выступить против их кандидатур. А таких могло бы быть немало, особенно среди пострадавших во время коллективизации. В конце июня — начале июля 1937 г. местные партийные руководители заявили о наличии в возглавляемых ими областях и республиках контрреволюционных организаций, главным образом из кулаков, которые готовятся прийти к власти в ходе выборов. Они представили в Политбюро заявки на расстрелы и высылки десятков тысяч людей. Берия представил запросы на расстрелы в Закавказье 2 тысяч людей и высылки 3 тысяч. Как пишет историк Юрий Жуков, «самыми же кровожадными оказались Р.И. Эйхе, заявивший о желании… расстрелять 10 800 жителей Западно-Сибирского края… и Н.С. Хрущев, потребовавший расстрелять и сослать 41 305 «бывших кулаков» и «уголовников».
Под давлением большинства членов ЦК Сталин и другие члены Политбюро уступили этим требованиям. А на октябрьском пленуме 1937 г. члены ЦК добились отмены решения Политбюро о поведении альтернативных выборов. Но еще раньше, с июля 1937 года страна погрузилась в «ежовщину». Большинство из миллиона с лишним арестованных в 1937-1938 гг. приходилось на «кулаков», множились также аресты по доносам и вздорным обвинениям, на основе которых партийные руководители избавлялись от своих возможных соперников, зачастую более молодых и образованных. Но организаторы репрессий сами становились жертвами доносов.
Ежовщина затронула немало и рядовых членов партии. На каждого из 117 тысяч арестованных коммунистов в 1937-1938 гг. приходилось около десятка близких к нему людей, которых после его ареста исключали из партии. Партия стала стремительно сокращаться, и это вызвало тревогу ее руководства и даже ряда тех местных руководителей, кто первоначально выступал за репрессии.
По заданию Сталина, Маленков, который был до этого правой рукой Ежова во время проведения репрессий, выступил на январском пленуме ЦК 1938 года с докладом с осуждением огульных исключений из партии. Некоторые из инициаторов репрессий, такие как Эйхе, были арестованы. В ноябре 1938 г. Ежов был отправлен в отставку и его место занял Берия. Новый нарком внутренних дел руководил арестами Ежова и инициаторов репрессий, а многие заключенные во время ежовщины были освобождены. Однако большинство арестованных в 1937-1938 гг. продолжали находиться в лагерях.
30 июня 1941 г. Берия вместе с Маленковым вошел в состав Государственного комитета обороны СССР (ГКО), который сосредоточил в своих руках всю государственную власть. Оставаясь наркомом внутренних дел, Берия отвечал в ГКО за производство боеприпасов и минометов. Еще шла война, когда в декабре 1944 г. Берии было поручено возглавить работы по созданию атомной промышленности. В 1946 г. Берия стал членом Политбюро, но вскоре оставил пост министра внутренних дел, сосредоточившись на создании атомного оружия.
Проявляя присущую ему энергию, напористость и умение действовать нешаблонными методами, Берия в немалой степени способствовал тому, что 29 августа 1949 г. в СССР была испытана первая атомная бомба.
На август 1953 г. было намечено испытание первой в мире термоядерной бомбы. (До этого в США было испытано лишь стационарное термоядерное устройство.) Но работники атомной промышленности, и не только они, запомнили его грубость, редкую даже среди людей, не отличавшихся изысканными манерами. Позже министр нефтяной промышленности Н.К. Байбаков говорил: «Зная Берия по совместной работе более 10 лет, я не помню случая, чтобы какой-нибудь разговор по телефону или при личной встрече проходил в спокойных тонах. Как правило, он любил выражаться нецензурными словами, оскорблял словами, вроде таких: «переломаю ноги», «переломаю ребра», «посажу в тюрьму».
Берия и другие представители его поколения в руководстве партии проявляли настороженность по отношению к более молодым руководителям, имевшим высшее образование и опыт работы на современном производстве, которых Сталин выдвигал к руководству партии и страны. Особую ревность у них вызывали член Политбюро, председатель Госплана, доктор экономических наук Н.А. Вознесенский и секретарь ЦК ВКП(б) А.А. Кузнецов. Первого из них Сталин прочил на пост Председателя Совета Министров СССР, второго — на пост Генерального секретаря партии. Берия, Маленков при поддержке Хрущева и ряда других членов Политбюро постарались дискредитировать этих людей и их сторонников, сфабриковав так называемое «ленинградское дело». По ложным обвинениям Вознесенский, Кузнецов и ряд других партийных руководителей, главным образом из Ленинграда, были расстреляны в конце 1950 года.
Между тем здоровье Сталина слабело и в начале 1951 г. он передал ведение текущих дел Маленкову, Берии, Булганину, которые получили право пользоваться сталинским факсимиле для подписи деловых бумаг.
Однако 9 ноября 1951 г. было принято постановление Политбюро по так называемому «мингрельскому делу». Стиль текста постановления безошибочно свидетельствовал об авторстве Сталина. В постановлении речь шла о разоблачении взяточничества и кумовства под руководством мафиозной группировки из лиц мингрельской народности. Постановление предупреждало:
«Если антипартийный принцип мингрельского шефства… не получит должного отпора, то появятся новые «шефы» из других провинций Грузии… Компартия Грузии распадется на ряд провинциальных княжеств, обладающих «реальной» властью, а от ЦК КП(б) Грузии и ее руководства останется лишь пустое место».
Ходили слухи, что после этого постановления положение мингрела Берии стало непрочным.
Но непрочным было положение всех представителей поколения руководителей, к которому принадлежал Берия. В ходе XIX съезда в октябре 1952 г. и последующего октябрьского пленума ЦК И. В. Сталин добился избрания в состав Президиума ЦК 20 с лишним новых членов и кандидатов. В отличие от прежних членов советского руководства большинство из них обладали высшим образованием и большим опытом работы на современном производстве. В состав руководства были включены три доктора различных гуманитарных наук.
В декабре 1952 г. Сталин подготовил проект постановления об уходе в отставку с поста Председателя Совета Министров СССР и назначении на этот пост П.К. Пономаренко, представителя более молодого и образованного поколения партийных руководителей. В годы войны Пономаренко блестяще проявил себя как начальник Центрального штаба партизанского движения. После войны он умело руководил восстановлением Белоруссии. С 1 июля 1948 г. он стал секретарем ЦК ВКП(б). Проект был завизирован всеми кандидатами и членами Президиума ЦК, кроме Маленкова, Берии, Булганина и Хрущева.
Эти четверо находились на даче Сталина в ночь с 28 февраля на 1 марта 1953 г. Хотя они мирно расстались, на следующий день Сталин был найден лежащим на полу без сознания. За полтора часа до смерти Сталина 5 марта 1953 г. на созванном срочно совместном заседании ЦК, Совета Министров СССР и президиума Верховного Совета СССР Маленков и Берия добились отмены решения октябрьского пленума 1952 года об избрании в Президиум ЦК партии новых членов и ограничили его состав десятью членами. Маленков был назван первым в его составе, Берия — вторым. Через 10 дней Пономаренко был назначен руководителем спешно созданного министерства культуры СССР.
113 дней 1953 года и финал Берии
Однако приход к власти прежних заместителей Сталина лишь открыл путь к соперничеству между ними. Хотя тогдашний главный в стране пост Председателя Совета министров СССР занял Г.М. Маленков, вскоре стало ясно, что многие решения правительства принимаются по инициативе его первого заместителя Л.П. Берии.
Именно Берия стал инициатором широкомасштабной амнистии, по которой были освобождены не только те заключенные, которых амнистировали по указу председателя Президиума Верховного Совета СССР К.Е. Ворошиловым, но и воры-рецидивисты. Берия предложил выдвигать к власти национальные кадры в ряде советских республик, отстраняя прежних русских руководителей. Берия мотивировал это необходимостью укрепления дружбы народов СССР. Он выступил с инициативой о свертывании строительства социализма в ГДР и подготовке к ее воссоединению с Западной Германией. На первых порах эти и другие инициативы Берии были поддержаны остальными членами правительства.
Однако проведение в жизнь этих инициатив дало неоднозначные результаты.
Радикальная амнистия, в результате которой до половины из 2 миллионов заключенных оказались на свободе, породила рост беззакония и преступности. Целые города и поселки оказались в руках освобожденных воров в законе.
Предложения Берии по изменению политики в союзных республиках лишь способствовали подъему националистических настроений и росту межнациональных противоречий. Его предложения по прекращению строительства социализма в ГДР, которые он в грубой форме изложил руководителям этого государства, спровоцировали 17 июня 1953 г. восстание в Берлине и ряде других городов ГДР. Как министр внутренних дел СССР, Берия вылетел в Берлин для руководства подавлением восстания.
Эти события, которые вызвали тревогу в руководстве страны, использовал Маленков, который опасался дальнейшего укрепления влияния Берии. Сыграл Маленков и на страхе перед Берией. Тот не раз давал понять своим коллегам по руководству, что он осуществляет прослушивание разговоров в их квартирах и дачах. Шокировало их и заявление Берии в беседе с членами Президиума на трибуне Мавзолея Ленина во время первомайской демонстрации 1953 года, По воспоминаниям Молотова и Кагановича, тогда Берия сказал, что он «убрал Сталина».
Если Берия мог убрать Сталина так, что об этом никто не догадался, решили члены Президиума, ему ничего не стоит таким же образом убрать любого из них.
Пока Берия находился в ГДР, Маленков договорился с другими членами Президиума об отстранении Берии от власти. К этому был привлечен и заместитель министра обороны СССР Маршал Советского Союза Г.К. Жуков, а также ряд генералов. Когда Берия вернулся из ГДР, заговор уже сложился. В своем выступлении на июльском пленуме ЦК Хрущев рассказывал, как вечером 25 июня он ехал на дачу в одной машине с Берией и Маленковым. Они тепло попрощались. Хрущев и Маленков уже знали, что за несколько часов до этого маршал Жуков отдал распоряжение побелить и привести в порядок камеру гарнизонной гауптвахты, которая предназначалась для Берии.
Утром 26 июня перед началом заседания президиума Совета министров Жуков, генерал Москаленко и другие военные расположились в соседней комнате и стали ждать условного сигнала. Сразу после начала заседания Маленков предложил изменить повестку дня и обсудить поведение Берии, высказав ряд обвинений в его адрес: принятие самовольных решений, игнорирование партийных и государственных органов страны, грубость в отношении коллег, слежка за ними, назначение Берией на важные государственные посты лиц, близких к нему. Последнее расценивалось как подготовка к государственному перевороту. Берия с возмущением отрицал все обвинения. Микоян считал обвинения не столь серьезными и обоснованными. Начались споры. Заседание затягивалось.
Так как условного сигнала из кабинета Маленкова не поступало, Жуков стал беспокоиться. Наконец, звонок раздался. Жуков в сопровождении генералов вошел в кабинет. Он и генералы держали в руках пистолеты. Жуков громко скомандовал: «Берия, встать! Вы арестованы!» Схватив Берию за руки, Жуков приподнял его со стула и обыскал его карманы. Но оружия у Берии не оказалось.
Члены Президиума опасались того, что сторонники Берии в министерстве внутренних дел и войсках этого министерства могут вступиться за арестованного. Поэтому в Москву спешно перебрасывали войска.
Поскольку в это время мой отец работал в 1-м Главном управлении при Совете министров СССР, которое руководило атомной промышленностью, ему быстро сообщили об аресте Берии. Отец решил предупредить мою сестру, которая работала школьной учительницей и была откомандирована на работу в подмосковный пионерский лагерь.
Мы ехали в машине с отцом по шоссе, а навстречу нам двигались колонны с бронетехникой и артиллерией, множеством грузовых машин с солдатами.
Лишь 2 июля 1953 г. был созван пленум ЦК КПСС, который проходил на закрытых заседаниях. Пленум продолжался до 7 июля. Только 10 июля советские газеты опубликовали постановление пленума по делу Берии. В тот же день на всех предприятиях страны были проведены собрания, на которых одобрялись решения пленума и «гневно» осуждалась деятельность «агента международного империализма» Берии. Тот, кто был изображен на портретах, украшавших стены кабинетов, аудитории вузов, классных комнат и цехов завода, был объявлен агентом международного империализма.
Превращение одного из руководителей страны в ее врага было слишком стремительным и способствовало росту недоверия к властям
Эти чувства отразились в популярной частушке того времени:
Берия, Берия,
Вышел из доверия!
А Георгий Маленков
Надавал ему пинков!
В конце декабря 1953 года было опубликовано сообщение о приговоре Верховного суда СССР. Берия и его шесть подельников были приговорены к расстрелу. Вскоре сообщили, что приговор был приведен в исполнение. Спустя полвека некоторые из обвиняемых по делу Берии, как, например, министр внутренних дел Украины Павел Мешик, были реабилитированы, так как обвинения в их адрес были признаны необоснованными. Приговор Берии был оставлен в силе.
Специально для Столетия
Юрий Емельянов
26.06.2013
http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/kak_lavrentij_berija_vyshel_iz_doverija_567.htm

Рейтинг 4.33 из 5

Комментарии к статье

Автор комментария: Виктор Молчанов   04.07.2013 12:03

Нет конца открытиям нашей новейшей истории: «Николай II «отдал власть» потому, что был предан ближним кругом аристократов, требовавших привилегии», Ленин и большевики как «погубили Россию», отдав её в руки мирового сионизма, так и «спасли её» от прямой колонизации членами Антанты,…И ЭТИ, «воспоминания Юрия Емельянова». Но разбираться НАДО! Власть в России, начиная с ЕЁ писанной истории, принятия христианства, помечена особой печатью: НЕЛЕПЫМ уровнем глупостей и несуразностей (при умнейшем народе)и беспрецедентным уровнем социальной несправедливости.

Все поля обязательны для заполнения

Оставить комментарий


Оставить комментарий Очистить