“Если в Америке в самом деле идет классовая война, то моя сторона ее выигрывает».

Инвестор и миллиардер Уоррен Баффет, 2004

Высказывание Баффета потрясло американские СМИ, которым свойственно стремление либо замалчивать сам факт наличия в стране классовых противоречий, либо в принципе изображать обращение к этой теме как нечто аморальное и по сути антиамериканское. Однако, у тех, кто внимательно наблюдает за происходящим в США, сильные эмоции должна вызвать не откровенность Баффета, а иносказательность его утверждения. Как показывает даже беглый обзор текущих тенденций, классовые противоречия в США приобрели пугающе односторонний характер. По сравнительным показателям уровня неравенства США находятся на первом или одном из первых мест среди промышленно развитых стран, что для американского общества чревато серьезными издержками и рисками¹. Более того, в настоящее время отражаемое этими показателями неравенство превратилось в глубоко укоренившееся явление, в результате которого американское общество, где немногочисленные элиты в колоссальных количествах оттягивают на себя общественное достояние, приобрело ряд клептократических черт. Что еще печальней, в США отраслями, наиболее пораженными клептократическими процессами, являются финансовая сфера и военная составляющая экономики, т.е. как раз сектора, более всех прочих способные создавать хаос в остальном мире, как это и наблюдалось в последнее десятилетие. Сколь  бы отчетливо мы не осознавали наличие соответствующих рисков, остается не столь ясным, что может быть сделано для их нейтрализации, и комментаторам международной политики не следует рассматривать приход Барака Обамы и его администрации как гарантию того, что в дальнейшем не последует новых всплесков финансового либо военного авантюризма.

Усиление классовой гегемонии

Корни свойственного американскому мейнстриму нежелания признавать наличие классовых противоречий и легитимность соответствующего взгляда на вещи уходят в эпоху расцвета среднего класса, последовавшую за Второй мировой войной. В силу целого ряда причин в тот период низшие классы постепенно утратили способность к коллективной мобилизации и впоследствии так и не возродились в качестве реальной политической силы². В то же время — и это  остается за рамками общепринятой картины – наиболее состоятельный общественный слой далеко продвинулся в направлении  самомобилизации с целью перекройки правил управления и условий труда в собственных интересах. В целом эта история  – от использования незаконных методов в целях профсоюзов до усилий по снижению налогового бремени для богатых – подробно описана. Не может быть сомнений в том, что в Америке идет классовая война.

В дополнение к вполне укладывающимся в старомодную схему классовой борьбы шагам по перераспределению общественного достояния группировкам, занимающимся продвижением интересов богатых, в последние годы удалось переделать политическую систему США таким образом, что их положение  оказалось прочнее, чем когда-либо раньше. Ключевую роль при этом сыграла кооптация — практически «оптом» — политиков общенационального уровня, в том числе связанных не только с традиционно отстаивающей корпоративные интересы Республиканской партией, но и с Демократической партией, на службу крупных корпораций, отстаивающих частные интересы влиятельных группировок и раздутой военно-промышленной системы. Разумеется, наиболее выдающиеся левые деятели давно выдвигали против Демократической партии обвинения в капитуляции перед лицом корпораций (с начала 1990-х на этом строил свою карьеру Ральф Нейдер, но сама традиция возникла существенно раньше). Тем не менее в силу ряда причин — в частности из-за стремительного роста себестоимости избирательных компаний и наличия заманчивых перспектив получения работы у корпоративных спонсоров либо в лоббистских фирмах по завершении публичной карьеры — в настоящее время чиновники из рядов обеих партий отрекаются от автономии задолго до переезда в вашингтонские кабинеты. В последние годы присутствие постеров «Выставлено на продажу» над головами госслужащих становится все более явным: в 1999-2007 годы расходы на лоббирование в Вашингтоне более чем удвоились, а в 2008 году подскочили еще на 20%³. Лоббистские фирмы процветают как никогда прежде и именно потому, что их корпоративные спонсоры с помощью их услуг во все большей степени ставят под свой контроль функционирование администрации в Вашингтоне⁴.

Крупным корпорациям и возглавляющему их привилегированному меньшинству усилия по подчинению Вашингтона своей воле принесли гигантские выгоды. Федеральные налоги, уплачиваемые корпорациями, с 1950 по 2000 годы сократилась с 26.5%  до 10.2% (а образовавшаяся брешь в бюджете была закрыта налогами, которые платят наемные работники)⁵. Доля налогов, которыми облагаются корпорации, в ВВП снизилась с 6% в 1950 году до всего 1.8% в 2001⁶. Более того, с конца 1970-х Вашингтон урезал налоговую нагрузку на наиболее богатых более чем на 50%⁷. Всего 1% наиболее богатых в настоящее время получает около 70% доходов с национального достояния — дивидендов, процентов, ренты и прироста капитала, в то время как 10 лет назад соответствующая цифра составляла 35%, а 5 лет назад — 58%. Данный уровень, достигнутый в настоящее время, в истории США является беспрецедентным⁸.

В дополнение к тому, что перетекание денежных средств к верхним слоям общества само по себе является тревожной тенденцией, баланс оказывается  сильно смещенным в сторону финансового сектора. С 1998 по 2008 годы  Уолл Стрит и страховые фирмы влили в политические компании $1.7 миллиарда долларов, а также потратили $3.4 долларов на услуги вашингтонских лоббистов⁹. Деятели Уолл-Стрит получили то, к чему стремились, — существенное снижение степени законодательного регулирования их операций. В результате, вполне предсказуемо,  доля прибылей американских корпораций резко выросла — в текущем десятилетии она превысила 40%, в то время как в 1990-х она составляла 21-30%, а в 1980-х — всего 8-20%¹⁰.

Экспроприация экспроприированных

Утвердив в 1990-е свою никем не оспариваемую гегемонию, корпоративные элиты США продолжили в поистине огромных количествах въедаться в образующееся на деньги налогоплательщиков общественное достояние. Процесс начался вполне прозаически с изобретения правительственных субсидий для бизнеса. На заре XXI века помощь федерального правительства корпорациям в сумме составляла $75 миллиардов в год в виде прямых субсидий плюс $60 миллиардов в форме налоговых послаблений. При этом непрямые расходы, возлагаемые корпорациями на общество в результате загрязнения окружающей среды, распространения коррупции, лоббизма, производственного травматизма и т.д., превышали эти сумы во много раз¹¹.

Извлечение ресурсов из общества через оборонный сектор экономики являет собой даже более неприглядную картину, чем история с субсидиями для бизнеса. Крупнейшим оборонным подрядчикам удалось поставить лоббизм в Конгрессе США на поистине научную основу (под аккомпанемент раздачи $149 миллиардов в 2008 году) и добиться в текущем десятилетии увеличения основного бюджета Пентагона на 70% (и это не считая расходов, связанных с всевозможными вооруженными конфликтами)¹². Более того, потрясающие воображение суммы из этого бюджета в конечном итоге оказываются в карманах неких неизвестных лиц. Сам Министр обороны США Дональд Рамсфельд пожаловался в 2001 году, что его ведомство не в состоянии отчитаться за ни много ни мало $2.3 триллиона долларов¹³. И утечки средств в крупных размерах продолжаются, судя по сделанному в 2006 году заявлению того же Министерства обороны США, согласно которому оно будет не в состоянии представить пригодную для аудита финансовую отчетность ранее 2016 года!¹⁴ При этом воровство распространено даже шире, чем можно было бы подумать. В течение последнего десятилетия Конгресс США создал систему перекачки десятков миллиардов долларов в год пользующимся его расположением спонсорам через вносимые в последний момент, а потому не подконтрольные и не отслеживаемые поправки к финансовым законопроектам (речь идет о так называемых целевых расходах, примерно половина которых в настоящее время приходится на оборонный сектор)¹⁵.

Наивысший расцвет клептократии, по крайней мере на данный момент, пришелся на текущий финансовый кризис. В прошлом году Департамент казначейства США и Федеральный резерв сгребли на Уолл-Стрит триллионы долларов, извлеченных из карманов налогоплательщиков, во многих случаях даже не потребовав стандартной финансовой отчетности об использовании этих средств и в большинстве случаев не получив в интересах налогоплательщиков результатов, на которые можно было бы рассчитывать за такие суммы денег¹⁶. Подсчет суммарной стоимости  подарков правительства крупнейшим банкам представляется затруднительным, но не приходится сомневаться, что речь идет об огромных и все увеличивающихся суммах¹⁷. В то же время прямая помощь населению осуществлялась в сравнительно скромных размерах.

Проклятие гигантизма

Как отметил бывший ведущий экономист МВФ Саймон Джонсон, в общих чертах клептократия в Америке развивалась по той же траектории, что и в странах, которые только становились на путь рыночной экономики в постколониальную и послевоенную эпохи: лихорадочные заимствования, травматичное крушение экономики и усилия правительства, направленные на то, чтобы избежать слома несущей столь значительную угрозу экономической стабильности олигархии (которая в случае США состоит из крупнейших банков Уолл-Стрит и Пентагона)¹⁹. Будь США менее значительной державой, МВФ и прочие потенциальные кредиторы, перед тем как предоставить финансовое содействие, потребовали бы от них отдать на заклание часть клептократической верхушки. Но США не являются державой из числа менее значительных. США — страна с крупнейшей в мире экономикой и держатель мировой резервной валюты, благодаря чему могут позволить себе попросту печатать деньги, чтобы расплачиваться по внешним долгам. Такая система представляется невосприимчивой к реформам извне, причем наблюдаются лишь слабые признаки ее движения в направлении реформы изнутри. В данных обстоятельствах будет неудивительно, если остальному миру придется вновь быть втянутым в финансовые кризисы и военные авантюры, начало которым будет положено в США.

______________________

1. Хороший обзор на эту тему содержится в работе: Paul Krugman, The Conscience of a Liberal, Norton, 2009, esp. chapter 12, “Confronting Inequality”.

2. Наиболее часто в качестве причин данного положения дел указывают на возникновение гигантской подконтрольной корпорациям пропагандистской машины массмедиа и перенос рабочих мест производственного сектора в азиатские страны с целью сокращения издержек.

3. Источник данных: Center for Responsive Politics (http://www.opensecrets.org/lobby/index.php)

4. Реализация небесспорного с политической точки зрения предложения ограничить суммы, которые допустимо тратить на проведение публичных кампаний, привела бы к ослаблению влияния лоббистов на законодателей, но не устранила бы его в целом. Соблазн получения высокооплачиваемой работы по завершении политической карьеры по-прежнему обеспечивал бы сговорчивость конгрессменов.

5. Phillips, Wealth and Democracy, Broadway Books, 2002, p.149.

6. Fox, “More Cream for the Fat Cats” Fortune Investors Guide, December 25th, 2006.

7. Данные взяты из: Krugman, op. cit., p.257. 

8. Michael Hudson, “Obama’s Awful Financial Recovery Plan”, www.Counterpunch.org, February 12th, 2009.

9. Robert Weissman and Harvey Rosenfield, «Sold Out: How Wall Street and Washington Betrayed America,» (http://www.wallstreetwatch.org/soldoutreport.htm)

10. Simon Johnson, “The Quiet Coup”, The Atlantic, May 2009, p.49.

11. Согласно некоторым наиболее дерзким оценкам, речь может идти о $2.6 триллионах в год (Phillips, op. cit., p.149).

12. Frida Berrigan, “Why the Pentagon Can’t Put America Back to Work”, TomDispatch.com, March 12th, 2009 (со ссылкой на Center for Responsive Politics research).

13. См., напр., “The War on Waste”, CBS Evening News, January 29th, 2002 (http://www.cbsnews.com/stories/2002/01/29/eveningnews/main325985.shtml). Предположительно, лишь часть неотслеживаемых средств исчезает в результате коррупции

14. См., напр., Nick Turse, The Complex, Metropolitan Books, 2008, p.81.

15. Разумеется, не все целевые ассигнования сопряжены с коррупцией. Однако в ходе становления клептократии данная практика в последнее десятилетие получила широкое распространение. Полезный обзор содержится в: Ken Silverstein, “The great American pork barrel: Washington Streamlines the means of corruption”, Harper’s, July 2005. Что касается доли оборонного сектора в данном явлении, см.: Bob Edgar and Bill Goodfellow, “Where our Defense Money Goes”, Boston Globe, August 5th, 2009.

16. Убедительный обзор на основе анализа одной, но наиболее известной, программы TARP: Donald L. Barlett and James B. Steele, “Good Billions After Bad”, Vanity Fair, October 2009

17. См., напр., обсуждение Дином Бейкером практически беспроцентных правительственных займов, благодаря которым выросли прибыли банков США в 2009 году: “Reverse Bank Robbery”, Guardian UK, August 31st, 2009: http://www.commondreams.org/view/2009/08/31-7. Полезный обзор всего спектра субсидий на примере Goldman Sachs: Matt Taibbi, “The Real Price of Goldman’s Giganto Profits”, on Taibblog, July 19th, 2009 (http://trueslant.com/matttaibbi/2009/07/16/on-goldmans-giganto-profits/. В ряде случаев раздача средств правительством еще только ожидается. Наиболее вредоносной представляется так называемая программа  PPIP (по поводу которой см.: Joseph Stiglitz, “Obama’s Ersatz Capitalism”, New York Times, March 31st, 2009: “…банки выигрывают, инвесторы выигрывают, а налогоплательщики проигрывают.”).

18. Особенно показательно, что Министр финансов Полсон отверг рекомендации целого ряда ведущих экономистов и политиков оказать поддержку домовладельцам в ходе кризиса на рынке недвижимости в конце 2008 года  (См., напр., Edmund L. Andrews, Busted, W.W.Norton & Co., 2009, pp.206-207).

19. Johnson, op. cit.